Кстати, я только сейчас задумался о том, что люди же не видят, как я им улыбаюсь, но при этом реагируют как-то на это. Может по ауре чувствуют или мой единственный глаз в этот момент светится добром. Хотя мне какая разница, для меня главное людям улыбаться, а видят они это или нет, это их проблема.

На поясе у меня сумка и туба с документами. Там же висела пара клинков, с которыми я тренировался. В целом я был готов. Пилар тоже, но у него сегодня была немного другая задача. Так что, выйдя из ворот здания, мы попрощались с ним и направились в разные стороны. Я прямо через мост в сторону академии. Пилар в сторону остановившегося торгового каравана. Нужно же узнать последние новости, да и других заданий я ему выдал.

До здания администрации добирался долго, спешить мне было некуда, принимали там в течение всего дня. А посмотреть на красивый город мне хотелось. Вот я и шел, не торопясь рассматривая красоты островной части города. Знаете, почти ничем не отличается от старого, приведи тот в порядок, и он будет так же блистать, но кто же будет так стараться для черни. Что и обидно, ведь, как и в любой стране любого из миров, именно люди — это главное богатство государства, а не лорды и знать.

К зданию администрации я добрался ближе к обеду, честно, не из-за того, что так уж засмотрелся, а из-за того, что потерялся. Да, к своему стыду потерялся в этой кричащей красоте. Но каким-то чудом всё-таки вышел к этому зданию, которое на фоне окружающей его роскоши выглядело несколько блекло.

Прошёл по широким коридорам, где было достаточно много людей. На удивление, большинство было из богатых и обеспеченных семей, что с неприязнью и спесью смотрели на меня и мою простую одежду. Я же на них вообще не обращал никакого внимания. До определенного момента, пока мне дорогу не попытался заступить какой-то щёголь. Попытался, потому что у него не получилось.

Он хотел просто нагло заступить мне дорогу, но не полностью, так, чтобы я на полном ходу врезался в его плечо. По идее, при моей скорости и его выставленном плече, я должен был напороться как волна на утёс и просто размазаться о его плечо. Он даже набрал уже в грудь воздух, чтобы высказать мне по этому поводу что-то. Вот только не учло это чудо, что я смогу спокойно его обойти и дальше направиться по своим делам.

Что и проделал, и спокойно пошел дальше. А это чудо, влекомое собственной инерцией, само себя ударило лбом о выступ стены в коридоре. Я даже не стал оборачиваться на сдавленный вскрик. Этот идиот себе ещё и язык прикусил, а нечего рот разевать, когда падаешь. Я же аккуратно постучал в дверь, на которой было написано «Приёмная комиссия» и дождавшись разрешения войти, открыл дверь.