Значит, Одинцовский специально настроил свои детекторы и артефакторы на поиск Печатей Ланцова. При этом сделал он это, скорее всего, сам, а не по приказу Императора.

Зачем? Это было пока непонятно.

Но у меня возникло стойкое ощущение, что князь ведёт собственную игру…

И я каким-то образом оказался в ней замешан!

— Максим, ты меня слушаешь? — Взгляд Волкова остановился на мне.

Другой бы, может, не заметил, но от Абсолюта не укрылось, что мои мысли витают далеко от его объяснений.

— Ага! Каждое слово.

— А ну-ка повтори последнее, что я сказал! — Он усмехнулся и встал, уперев руки в бока.

Ну чисто строгий преподаватель, готовый завалить нерадивого ученика.

Пусть приготовится обломаться!

— Печать используется для отмены действия других Печатей. Её можно распространить как на отдельную Печать, так и на несколько сразу. Подобный эффект достигается, если использовать расщепление силы. Для этого требуется…

Память у меня всегда была отличная. Также как и слух. А благодаря долгим тренировкам я продолжал прислушиваться к окружающим звукам, даже когда мои мысли были далеко.

— Ладно, понял! Хватит! — Волков не дал мне договорить. — Кто же знал, что у тебя такая отличная память…

— Могли бы спросить! — Я хитро ему подмигнул. — И кстати, отличная у меня только память. А вот магические навыки можно и прокачать…

Намёк Волков понял сразу.

— Хочешь потренироваться? Да без проблем! Но учти, Максим, жалеть я тебя не стану!

— Очень на это рассчитываю!

* * *

Вениамин Викторович Баринов был крайне недоволен.

То, что случилось сегодня в его Академии, не лезло ни в какие ворота.

Одинцовский и раньше заявлялся к нему со своими дурацкими проверками. И далеко не один раз!

Каждый раз они заканчивались одинаково. Ректор встречал дорогого гостя хлебом и солью, ставил на стол самые дорогие кушанья и эксклюзивный коньяк.

Ну а потом, выслушав, что Академия работает с нарушением всех возможных правил, и её нужно закрыть, осторожно вкладывал в карман Одинцовского пухлый конверт.

Схема работала исправно на протяжении многих лет.

Но сегодня всё пошло не по плану!

Одинцовский заявился в Академию, не предупредив о своём визите. И вместо того, чтобы пить коньяк и изучать документы, он велел собрать всех преподавателей и студентов для проведения проверки.

И не на что-нибудь, а на остаточные проявления Печатей Ланцова!

— Яков, ну что за дурацкие обвинения! — Баринов попытался сопротивляться. — Мы — приличное заведение. Лучшее во всей Империи! Никто из моих преподавателей и студентов никогда бы не стал…

— А вот по моим данным как раз стал. И тебе же, Веня, будет лучше, если ты выполнишь всё, что я тебе говорю. Может, и удастся избежать скандала!