— Нет. — Князь коротко мотнул головой. — Сообщите мне о результатах проведённого в Академии исследования!

— Что, прямо здесь⁈ — Профессор непонимающе улыбнулся. — Я думал, что вы войдёте и выпьете со мной чаю…

Тратить время на какой-то чай в планы Одинцовского не входило.

— Говорите! Быстро! — рявкнул князь, используя ментальную технику. — Какие показатели у барона Ястребова?

— Совершенно стандартные! — Профессор больше не пытался спорить и докладывал по сути. — Размер Источника в пределах нормального. Энергетические каналы развиты незначительно. Потенциал оценивается как средний или ниже среднего…

— Что⁈ — Одинцовский рявкнул так, что затряслись стены. — Ты хочешь сказать, что мальчишка — слабый Одарённый без особой Специализации⁈

— Именно так, Ваше Высочество! Совершенно обычный молодой человек… Но, смею заметить, весьма сообразительный и крайне наглый…

Такого ответа князь ожидал меньше всего.

Он специально отправил Серебрянского в Академию, чтобы тот под видом изучения всех студентов составил подробное описание сил Ястребова.

В том, что мальчишка совсем не прост, князь не сомневался.

Он с лёгкостью прошёл проверку на Печати Ланцова. А ещё выжил в нескольких переделках, уцелеть в которых никак не мог.

Да он даже победил Георга! А тот, на секундочку, чемпион и без малого Маг вне категорий!

Обыкновенный Одарённый на такое был просто неспособен.

Поэтому результаты исследования Серебрянского показались князю как минимум подозрительными…

— Учти, я не хотел это делать. Но ты меня вынудил!

Князь вскинул руки и положил ладони на виски Серебрянского. Глаза профессора мгновенно закатились.

Одинцовский был одним из сильнейших магов Российской Империи. Проникнуть в голову профессора для него не составило никакого труда.

Он не сомневался — пройдёт пара минут, и он узнает все результаты исследования Ястребова.

Но время шло, а он ничего не мог отыскать.

В памяти Серебрянского сохранились данные всех учащихся Академии. И только два студента, Ястребов и Алмазов, были полностью стёрты из его памяти.

Одинцовский не мог поверить собственным глазам.

Он сам, лично, защитил мозг Серебрянского. Неужели кто-то сумел обойти его ментальную защиту?

Это же практически невозможно!

Но, как оказалось, странности только начинались.

Внезапно профессор улыбнулся чужой улыбкой. Жёсткой и опасной.

Улыбкой Ястребова.

А затем он сам заговорил голосом барона.

— Рад приветствовать, князь! Если вы хотите что-то узнать — то спросите это прямо у меня. Иначе в следующий раз я буду вынужден ответить. И мало вам не покажется!

Это была запись. Барон заранее вложил в разум Серебрянского эти слова и свою интонацию.