— Вот так глупо отказаться от титула… — покачала головой Лартара. — Ты ещё больше неразумная девчонка, чем я думала…

— То, что для одних предмет зависти, для других не больше, чем бремя, — вновь парировала Эйкхирия.

На лице Лартары отразилась ярость.

— Я жду, старейшина, — продолжила Эйкхирия.

Тот внимательно смотрел на неё, а потом вздохнул и прикрыл глаза.

— Эйкхирия… Думаю, что тебе не стоит говорить, сколько осталось членов тайной стражи…? — спросил он, открывая глаза.

— Меня это не волнует. Мой выбор определяет только меня и никого другого. В том числе и не организацию. Я жду, старейшина, — требовательно произнесла она.

Старик выглядел так, словно в голове у него спешно крутились шестерни, которые заставляли мозг работать.

— Я не могу… — наконец выдавил он.

— Я приказываю, — взгляд Эйкхирии изменился. Стал твёрдым и в какой-то мере даже злым. Девушка сделала шаг вперёд. — Вы не имеете права отказать мне в этом. Таков закон и не мне вам о нём напоминать.

— Я… Принимаю ваше решение, страж первого ранга Эйхирия, — пробормотал не менее злой старик. Когда же руна исчезла, он снисходительно на неё посмотрел. — Стоило это того? Стоило вот так брать и предавать народ, когда и без того не осталось членов тайной стражи?

— Предавать народ? — вновь спокойная Эйкхирия опустила руку. — Я отдала войне всю себя и сделала достаточно для победы. Дальше это уже не моё дело. Я наконец могу пойти по своему собственному пути. Вам не стоит напоминать о последнем желании? Или всё же нужно?

Старик вновь прикрыл глаза и с грустью покачал головой.

— Челнок сто пять ваш… — пробормотал он. — Согласно закону о последней воле члена тайной стражи, я исполню твой приказ.

— Мы отправимся вдвоём, и вы снимите все следящие маяки, — чётко отчеканила Эйкхирия. — А также я сама выберу нам летательный аппарат.

Старик ничего не ответил, лишь посмотрел в сторону.

Эйкхирия, последний раз кинув взгляд на явно напряжённую Лартару, просто пошла среди челноков. Я последовал за ней. В корабле, который она выбрала, пока мы проводили первичную настройку под себя, девушка всё время молчала. Я, впрочем, тоже не лез к ней с расспросами.

— Нужно быть внимательными, — заговорила она спустя какое-то время. — Я не знаю, что случилось за эти годы и насколько честь среди Альвов осталась в почёте. Нужно не допустить, чтобы советница попала к нам на борт. Судя по тому, что ты сказал — вы враги. И, зная её, уверена, что она будет идти до конца, поэтому между вами может быть конфликт. И если ты её убьёшь — мы станем врагами моему народу. В таком случае на нас будет «метка» предателей, и мы станем мишенью.