— И-то верно, — Таня пошла к двери, а я следом за ней.

Мы прошли в главную рубку и уже там продолжили наши деловые обсуждения, пока не достигли границы и не почувствовали ещё одного высшего.

Дядя хмыкнул, спокойно выпивая алкоголь, а ещё через секунду в рубке появился Владимир. Воздушник огляделся, кивнул мне с Таней и подошёл к Суворову.

Дядя поднял на него взгляд. Так они какое-то время играли в гляделки, а затем Суворов достал из кармана пальто то самое спиртное, которое ему проиграл Такаши Ёсикава.

Владимир сначала продолжал пристально на него смотреть, а потом хмыкнул, и присел рядом. Саша с Леонидом оглянулись на меня, и я кивнул девушке. Та тут же пошла в сторону кухни на дирижабле, и уже через пару минут у двух высших был сервирован стол.

Старые друзья решили не выяснять отношения, а просто хорошо наконец провести вечер вместе. Уверен, что Владимира сюда послал император, и также уверен, что им двоим редко выпадает возможность отдохнуть вдвоём, поэтому пускай наслаждаются.

И они действительно отдыхали, а Таня смотрела на это с неприкрытым удивлением. Но через некоторое время Владимир вдруг встал, молча пожал руку Суворову, кивнул мне с Таней, и телепортировался.

Суворов, потеряв компаньона, перестал пить и просто о чём-то задумался.

— Летим сразу ко дворцу, — произнесла Таня.

Я кивнул Саше, а после мы занялись своими делами, ведь лететь нам ещё далеко. А вот после прилёта и посадки нас ждал сюрприз. У входа во дворец стояла принцесса Анастасия и принц Леонид.

Когда мы вдвоём, потому что Суворов куда-то уже телепортировался, подошли к ним. Леонид едва взглянул на Таню, а затем его внимательный взгляд остановился на мне.

* * *

Императорский дворец. После ухода Сергея и Тани.

— Ты молодец, сын, — произнёс Акихиро Хинодэ, вновь заняв своё место после ухода графа и принцессы.

— Ммм? — удивился молодой наследник. — О чём ты, отец?

— Твоё слово играло не последнюю роль в этих переговорах, и я бы прислушался к тебе, если бы ты настоял на этой помолвке.

— Влюблённость… Она приходит и уходит, — задумался принц, — а вот хорошие союзники — остаются. Граф Вяземский располагает к себе. Я с ним толком и не общался, но даже так, смотря на него, испытываю симпатию и… Благоговение перед его талантом. Для империи это выгодно, чтобы граф Вяземский был нашим союзником, и я бы совсем не хотел видеть спасителя нашей семьи в будущем во врагах.

— Верно думаешь, — кивнул Акихиро Хинодэ. — Парень то он хороший, но одна проблема у него — себе на уме. Такие обычно стараются перестроить мир под себя, что им в последствии и аукается.