Я пробил его доспех духа чёрной молнией и кулаком отправил в нокаут. И сразу же развернулся, создавая щит, в который ударилась волна. Противник что-то замычал и кинулся ко мне.
А вот теперь мне удалось пробить его на эмоции, только не ясно, почему он мычит, а не кричит.
Противник начал закидывать меня ветряными серпами, но я просто уклонялся от них, потихоньку приближаясь к нему.
Гнев — не та эмоция, которая должна быть у воина во время сражения. Подтверждение этому — то, что он не может по мне попасть. Когда я оказался уже практически около него, он неожиданно резко опустил руки вниз, ударяя кулаками по асфальту, создавая воздушную волну.
Я просто прыгнул вверх и приземлился позади противника. Он нервно водил головой из стороны в сторону, пытаясь найти меня. Наконец он, видимо, догадался, потому что сперва замер, а потом начал медленно оборачиваться.
— Бу! — произнёс я, когда он увидел меня.
Он вскрикнул и упал на асфальт, а потом начал отползать от меня.
— Ну что, будешь говорить или как? — я начал медленно приближаться к нему.
Противник вдруг посмотрел на своего лежачего коллегу, потом на меня и неожиданно чем-то хрустнул во рту.
Скотина!
Я рванул к нему, но было уже поздно. Он отравил себя ядом.
Заметив, что второй просыпается, я подбежал к нему, срывая бандану с лица и открывая рот. Впрочем, тут же отпустив его, так как разговорить его всё равно не получится. У него был вырван язык.
Противник посмотрел на своего товарища, замычал и заплакал, ползя к нему. Я не мешал ему, так как вновь услышал сигналы полицейских машин.
Добивать противника нет смысла, информации от него я тоже не узнаю никакой, так что пора бы и сваливать отсюда подальше. Нет желания оказаться свидетелем по этому делу.
Я прошёлся по переулкам и, выйдя подальше от того места, вызвал такси. На этот раз повезло, таксист попался молчаливый, который быстро домчал меня до отеля.
Расплатившись, я вышел и пошёл к лифту. В холле находились полицейские, которые приглядывались ко мне, но, увидев печатку, тут же теряли интерес.
На нашем этаже тоже было людно, возле номера стояли полицейские и посетители отеля. Заметив меня, один из полицейских подошёл ко мне.
— Сергей Вяземский? Не уделите ли вы мне пять минут вашего времени?
Глава 20 Частичка
Сибирь, неподалёку от разлома «А» ранга:
Анна Державина была не в духе. И это ещё мягко сказано. Проводив злым взглядом группу, с которой она ходила в разлом «А» ранга, она вздохнула.
Им не удалось закрыть его с первого раза, и это её бесило. Ей жутко не нравилась эта часть Сибири, где кругом снег, и она хотела поскорее покинуть её, чтобы вернуться к своим увлечениям.