Да… Он чувствует… Всё ещё что-то чувствует… Самая важная частица его тела всё ещё бьётся. Глава Рода и командующий Кирилл учили, что нужно сражаться до победного, до конца.

Но как биться, когда нет возможности пошевелиться?

Мужчина смотрел во всполохи в небе и, прикрыв глаза, сосредоточился, а затем позвал потресканными и пересушенными губами:

— Глава…

Тихий шёпот, потонувший в рокоте битв и рёве тварей, тем не менее был услышан.

Сначала стало тепло, а затем пришла такая желанная боль. Боль от каждой клеточки тела. Боль, которую он ненавидел на тренировках, но сейчас желал ощутить всем телом.

Рядом послышался треск молний, что струились по земле, несясь к бойцам и аккуратно касаясь их ног.

Перед глазами в сознании появился образ юного парня, который бьётся один против громадных тварей на передовой и воин почувствовал, как его сердце кольнуло иглой совести.

— Простите, глава… — прошептал командир отряда. — Клянусь — это последний раз, когда я надеюсь на вас. В следующий раз вам не придётся волноваться о нас… Вы будете нами гордиться.

Мужчина начал подниматься, чувствуя, как боль сменяется наполняющей его злостью. Твари не пройдут, потому что глава сказал стоять насмерть!

* * *

Славка бился на передовой, убивая одну тварь за другой. Вокруг него уже скопилась уйма тел чудовищ, пока остальные воины бились ближе, на подступах к городу.

Парень старался экономить силы и бился только копьём, в итоге входя в какое-то медитативное состояние.

Удар, отход, удар, прыжок, удар, уворот, рывок.

Каждое действие, каждая атака, каждое убийство превратились в отточенные механические действия, но с постоянным ускорением.

Славка порой бросал взгляд в сторону основного фронта, где бились другие воины и глава, понимая, что ему нужно как можно быстрее разобраться здесь и идти туда.

Он перемещался на максимально возможной скорости, перепрыгивая по мёртвым созданиям. Вот только тварей постепенно становилось всё больше. Также открылись новые разломы. Славка, сражаясь, понял, что увязает в этом бое.

* * *

Бойцы Рода использовали мечи и техники, чтобы поддержать Славку на передовой, но все они видели, что врагов всё больше. Кто-то предложил подойти вплотную и помочь, но командир присек это желание на корню.

Они будут только мешаться.

Воины, атакуя врагов, тем не менее не могли порой не смотреть на парня. Славка бился так, что захватывало дух. Копьё в его руке мелькало, неся смерть каждой твари, вставшей на пути, а сам парень никогда не останавливался, постоянно перемещаясь.

Скольких он уже убил лично? На этот вопрос не было ответа. Всё поле вокруг усеяно телами. Парень бьётся без смены на передовой практически с самого начала боя, не замедляясь ни на мгновение.