Светлана обращалась не ко мне. Сейчас она говорила тому Сергею, но наши с парнем души частично переплетены, и, видимо, именно поэтому я ощущаю этот момент так остро.

— Мама! — раздался крик в глубине моей души, рвущийся наружу, и в следующее мгновение и по моей щеке скатилась слеза.

В этот момент я окончательно запутался, чья это была слеза и чьи эмоции сейчас рвут грудь — мои или Сергея.

— Сергей… — продолжила женщина ласково, цепляясь за щеку из последних сил. — Я… горда тобой… — её рука ослабла и опала, безвольно соскользнув с моей щеки, а глаза медленно закрылись.

— Мама! — снова закричал парень внутри меня, но на этот раз его голос звучал глуше, утопая в пустоте.

Я стиснул зубы так и ускорился ещё сильнее.

В Сибирь мы летели не одни. С нами поддержка в лице целителей. Чтобы прошлый инцидент не повторился, с нами отправили самых сильных — тех, чьи имена знали даже в других странах, — но они всегда держатся в отдалении, чтобы не попасть под удар во время боя и не стать лёгкой мишенью для демонов и высших.

Вскоре впереди показались два дирижабля на земле.

Добравшись до них, я стремительно опустился, погасив скорость в последний момент.

Ко мне сразу подбежала пятёрка целителей, которую возглавляла Бестужева.

Двое мужчин приняли у меня женщину, осторожно, но уверенно перехватывая её, профессионально удерживая на руках так, чтобы копьё не сдвинулось ни на миллиметр, пока Бестужева проводила по ней руками, диагностируя, закрыв глаза и сосредоточенно щурясь.

Графиня остановилась, убрала ладони и, словно над чем‑то раздумывая, произнесла:

— Ей уже не поможешь. Могу лишь облегчить страдания, — она резко отвернулась, но я успел заметить, как на её лице появилась кривая, почти незаметная улыбка.

Я сделал шаг в её сторону, чувствуя, как во мне поднимается волна ярости. Бестужева повернула голову и нагло посмотрела мне в глаза, даже не пытаясь скрыть пренебрежения, пока Светлана Вяземская тяжело и рвано дышала.

— Что? — лениво бросила графиня. — Чего так смотришь?

— Начни исцеление, — твёрдо произнёс я, глядя ей прямо в глаза, но не повышая голоса.

— Думаешь, раз сам император тебе благоволит, то можешь пытаться давить на меня? Если я за… — начала она, явно даже не собираясь шевелиться.

Не слушая её дальше, я резко ударил её тыльной стороной ладони по щеке. Хлопок разнёсся по площадке, и от удара она упала на землю и покатилась по ней.

Ближайшие предвысшие тут же начали нагнетать энергию, воздух вокруг них задрожал, но они лишь в напряжении переводили взгляды с меня на неё, не решаясь вмешаться.