Парень повернулся, смотря на графов и собравшихся во дворце аристократов.

— Все эти годы не были лёгкими, — продолжил он, уже обращаясь ко всем сразу. — Но вы прошли через них с честью и достоинством. Никто из вас не пал духом и не отступил. Каждый бился до конца, понимая, что победу вырывают не в одиночку. Только плечом к плечу, только стоя рядом и сражаясь вместе.

Сергей пару секунд смотрел на всех, а после в его голосе прозвучала ещё более твёрдая решимость:

— Именно поэтому я не принимаю корону. Точно не сейчас. Я был с вами в начале этой войны. Но потом, по причинам, хоть и не зависящим от меня, но на какое-то время исчез из империи. Да, я тоже сражался. Однако далеко отсюда — за пределами вашего поля зрения и за пределами империи. Вы же в это время защищали её. Именно вы держали удар. Именно вы, а не я, каждый день смотрели смерти в глаза на её границах.

Парень слегка повернулся и вновь встретился взглядом с Анастасией.

— Я не стану присваивать себе ваши заслуги, — спокойно произнёс он. — И уж тем более не присвою твои, Анастасия. Всех вела всё это время именно ты, а значит, я приму корону только после победы над нашим врагом.

Девушка, ошарашенно смотря на него, ощутила, как в горле у неё поднялся тяжёлый ком, а пальцы, сжимавшие корону, чуть задрожали. Сердце забилось быстрее, щёки едва уловимо вспыхнули.

Она не ошиблась…

Сергей решил не становиться императором лишь потому, что ему дали это место, и потому, что так удобнее для всех… Он решил взять этот титул по праву собственных заслуг.

Вот только он ведь и так прекрасно знает, что заслуг у него больше, чем у кого-либо другого…

Слишком честный… Слишком правильный… Такие глупцы обычно умирают первыми и создают лишь больше проблем для всех вокруг и для себя в частности. Однако…

Почему же так щемит в груди…? Почему… так обидно…? Обидно за то, что он совсем не смотрит на неё, как мужчина на женщину…?

После этого Анастасия отступила назад, уходя из кадра, и трансляция началась. В ней Сергей обращался к народу. Но в какой-то момент парень поднял взгляд вверх, в хмурое небо, и замолчал.

* * *

Наконец парень опустил голову и снова заговорил:

— Я хочу обратиться не только к жителям Российской империи. Также я обращаюсь и к жителям Китайской империи.

Сергей смотрел прямо в объектив главной камеры, и множество людей по ту сторону границы ощутили, что он говорит лично с ними.

— Уверен, многие из вас смотрят эту трансляцию, — продолжил он. — И можете считать… — взгляд парня вмиг изменился. Стал твёрдым и словно давящим. — … что это обращение — последняя милость Российской империи.