Многие Рода заранее понимали, к чему приближается Империя. Поэтому задолго до начала шествия Победы они начали готовиться, открывая временные кухни и торговые ряды не только в средних районах столицы, но и в самых бедных кварталах.

Никто из них также не пытался завышать цены.

Напротив, представители Родов распределяли продукты, оплачивали работу поваров и организовывали бесплатные столы для семей погибших, составляя списки, сверяя данные с оперативными отчётами и приказами, чтобы никто не оказался забытым.

В одном из шатров средних районов двое управляющих Рода вели короткий деловой разговор, отойдя в сторону от очереди:

— По северному сектору отчёт не сошёлся, — тихо сказал один, проверяя планшет. — Четыре семьи не пришли.

— Отметь адреса, — второй нахмурился. — Завтра отправим людей с продуктами и с предложением юридической помощи.

— Учту, господин.

Причина такой неожиданной щедрости заключалась не только в праздничном настроении.

Императрица, прекрасно понимавшая, что некоторые попытаются нажиться на победе, заранее предупредила, что лично оторвёт голову каждому, кто решит поднять цены.

И никто не сомневался, что она выполнит обещание. Их императрица вообще редко шутит…

Спустя время наконец началось то, ради чего большинство людей собралось в столице.

Они хотели не просто отпраздновать окончание войны и разделить радость с близкими. Люди хотели увидеть шествие победителей, ставшее живой летописью Империи, разворачивавшейся прямо у них на глазах.

Во время войны практически никто не оставался безучастным.

Не все сражались на передовой. Кто-то трудился в шахтах, добывая руду, часами находясь под землёй. Кто-то стоял у заводских линий, собирая технику, вдыхая запах масла и металла. Другие выращивали продовольствие, лечили раненых, перевозили грузы в особо опасных участках или же ремонтировали дороги и возводили военные сооружения.

Каждый делал всё, что мог, внося собственную лепту в общую победу, иногда не до конца понимая масштаб происходящего, но упрямо продолжая свой участок работы.

И всё же были люди, которым было тяжелее остальных.

Те, кто ежедневно встречался лицом к лицу с врагом, болью и осознанием, что наступивший день может стать последним. Кто засыпал, не зная, проснётся ли, но веря, что так оно и будет.

Несмотря на страх, усталость и потери, они продолжали сражаться, не жалея сил и самих себя, каждый раз поднимаясь после удара, когда боль в теле умоляла их остановиться.

Шествие началось на главной столичной дороге, входившей в город со стороны быстро построенного огромного военного полигона, куда прибывали дирижабли, доставляя людей.