Я сделал небольшую паузу и добавил более мягким, но по-прежнему твёрдым тоном:

— Я рассчитываю на каждого из вас.

В доказательство своих слов сделал шаг вперёд и полностью спустился с помоста на площадь, оказываясь на одном уровне с четырьмя правителями.

Как по команде, двое императоров и две императрицы вытянули мечи, всё так же опущенные клинками вниз. Но на этот раз одновременно подняли их чуть выше.

Я спокойно сделал шаг к ним. Сначала протянул руку к мечу Аяны — бритвенно острому клинку, полностью состоящему из воды. Прозрачное лезвие светилось в свете прожекторов, по самому его краю струились тонкие струйки, готовые рассечь всё, к чему прикоснётся вода.

По логике вещей такой клинок обязан разрубать кожу, как бумагу. Но когда я поднял руку и, не колеблясь, взялся за режущую кромку, а затем показал всем ладонь, ни один порез не проступил.

Точно так же я повторил процедуру с остальными тремя клинками. Каждый раз, обхватывая лезвие, я показывал руку — целую, без ран, ясно давая понять, что те, кто присягает, честны в своих мотивах.

— Отныне эти мечи, — произнёс я, делая шаг назад, — служат не только защите своей империи! Они служат защите мира от тех, кто снова захочет посягнуть на него! Во имя Рода людского!

* * *

— Знаешь, думаю, никто из нас не ожидал, что всё в итоге сложится именно так, да? — обратилась ко мне Светлана Вяземская.

На лице женщины была лёгкая улыбка. Александр, стоявший рядом с ней, выглядел куда менее сдержанно и улыбался настолько открыто.

— Действительно. — Так же легко улыбнулся и я. — Всего три года прошло, а уже выбился в императоры. Рад, что с тобой всё в порядке.

Мы — я, она, Александр и Анастасия — стояли уже почти у трона в зале, набитом только аристократами, так как церемония на улице закончилась.

Светлана выглядит хорошо.

От старой раны, едва не погубившей её, не осталось даже слабого следа. Кожа восстановилась, энергетические каналы работают ровно, а источник сохраняет стабильность.

На самом деле этим вопросом я озаботился сразу после возвращения, распорядившись выдать мне эту информацию.

Однако из-за постоянных перелётов, военных операций, совещаний и подготовки к коронации времени на личный разговор с ней не оставалось. Поэтому сейчас мне хотелось не только увидеть результаты лечения собственными глазами, но и услышать от Светланы, как она сама себя чувствует.

— Целители говорят, восстановление завершено, — добавил я, внимательнее рассматривая её энергетические каналы. — Но как ты себя ощущаешь?

— Значительно лучше. Та рана уже очень давно зажила. Мне бы лучше хотелось узнать, как мне к тебе обращаться. Или уже правильнее говорить «к вам»?