— Если империя падёт оттого, что только я не принял участие в гражданской войне — то такая империя и не должна была существовать, — ответил я. — А что насчёт вас, дядя? Какую сторону выбрали вы?

После моих слов мужчина заулыбался.

— А зачем тебе это знать, племянник? — спросил он. — Ты же всё равно не собираешься выбирать. Или… ты хочешь быть со мной на одной стороне? — воодушевился он.

— Нет, — я усмехнулся. — Просто, если вдруг я вам сейчас соврал, то была бы занятная ситуация. Учитывая то, что у меня только появился дядя и вдруг мы бы стали с ним врагами.

По его лицу практически ничего не было понятно. Но мне показалось, словно он на мгновение стал потерянным.

— Нет, бред всё это, — махнул он рукой. — Я же вижу, ты весь в отца. Справедливый, честный и упрямый. Врать ты точно не станешь. Да и я уже навёл о тебе некоторые справки.

— По поводу этого, — я посмотрел на него. — Зачем вам так важно, чтобы я обратил на вас внимание? — я кивнул в сторону пачки денег. — Вас столько не было и тут вы вдруг объявились и пытаетесь купить меня.

— Купить? — он вновь посмотрел на деньги. — Я просто не знаю, чем тебе ещё помочь. — Пожал Суворов плечами. — Как я и сказал, я навёл справки и о тебе достаточно информации в имперской базе. А что до того, почему хочу, чтобы ты называл меня дядей — так у меня просто никого нет. С возрастом понимаешь, что глупо было отдаляться от семьи… Вот и хочу наладить с тобой отношения, потому что ты очень похож на своего отца.

Я посмотрел на него и кивнул.

В этот момент раздался стук в дверь. Дядя посмотрел на меня, и я встал, чтобы открыть. За дверью оказалась миловидная хрупкая на вид служанка в очках. Она поклонилась и протянула мне конверт.

Я не торопился его брать в руки. Кто знает, что там за сюрприз. Девушка так и стояла.

— Красавица, не подскажешь, от кого это? — спросил я.

— Прошу прощения, господин, но я не знаю. Меня лишь просили передать высокородные, — ответила она тихим голосом.

Ладно, не заставлять же её из-за этого тут страдать.

Я взял письмо, девушка разогнулась, поклонилась и ушла. Я закрыл дверь и посмотрел на конверт. Бумага слегка бирюзового цвета, пара позолоченных марок, и уголки самого конверта тоже позолочены.

Аккуратно вскрыв его, достал письмо и прочитал.

«Не смей опаздывать, Вяземский».

И всё ему неймётся.

— Может я просто их сожгу? — услышал я голос сбоку.

— Кого? — удивился я, покосившись на Суворова.

— Ну, твоих врагов. Никто даже не узнает, — пожал он плечами.

Я повернулся к нему и произнёс:

— Вступайте в мой Род и тогда жги.

Суворов засмеялся, причём очень громко.