Мама Химе ничего мне не ответила, взяла чашку и начала пить чай, смотря вперёд.

Так мы и сидели некоторое время, пока она вдруг не спросила:

— И какой же у вас план?

— Самый что ни на есть простой, — усмехнулся, ставя чашку на столик, — просто примем столько гостей в вашем ресторане, сколько сможем.

Женщина вздохнула и отвела взгляд в сторону.

— Он маленький и у нас не так много гостей бывает, чтобы принимать столько, сколько сможем.

Я пожал плечами.

— Мы это поправим, так что не волнуйтесь. Главное, чтобы были руки для работы, а всё остальное неважно.

— Зачем вам это, Сергей? — неожиданно спросила она.

— Зачем? — я задумался. Ответ у меня уже есть, и даже не один, но сказав определённый, я лишь поступлю также, как и раньше, сбегу от самого себя. — Ну, во-первых — я так хочу. Во-вторых — мне это ничего не стоит. Ну и, в-третьих — в скором времени вся Земля будет принадлежать мне, так что я не хочу видеть, как кто-то угнетает моих будущих подданых.

Женщина, услышав мои слова, подавилась чаем и мне пришлось аккуратно постучать ей по спине.

— Ну и планы у вас, Сергей, — она покачала головой. — Я понимаю, вы молоды, но вот так прямо говорить, что собираетесь подчинить себе весь мир…

Весь мир? Земля лишь крупица мира, но в скором времени действительно придётся пройтись и по всему миру. Я не могу больше закрывать глаза на то, что творит он. Если раньше я мог не обращать на это внимания, то теперь — нет. Он перешёл границу в своей наглости и вере, что он — центр мира.

— Вы же пошутили, да? — спросила женщина, смотря на меня.

Я улыбнулся и не стал отвечать. Она покачала головой и о чём-то задумалась.

— Я… готова бороться… Не ради себя… ради Химе. Вы верно сказали. Когда нет больше выходов — нужно сражаться. Хоть, возможно, и в последний раз, но сражаться. Не знаю почему, но мне хочется верить вам Сергей. Словно… — женщина вновь вздохнула, — какое-то наваждение. Я даже не могу представить себе, что мы проиграем. Видимо это сама богиня твердит мне, чтобы я так поступила.

Как же они любят верить в сторонние сущности.

— Не ищите оправдания своим решениям, — ответил я. — Если бог подчиняет себе мысли того, кто в него верит — нужно отказаться от такого бога. Нет ничего хуже, чем подчиняться воле чужеродного существа.

— У нас разные взгляды на божеств, — ответила она, впрочем, задумавшись на пару секунд. — Сергей, зовите меня просто Изуми, и вы не против перейти на «ты»?

— Нет, не против, — кивнул я.

Изуми посмотрела в сторону комнаты уже переставшей плакать Химе.

— Прошу прощения, Сергей, я скоро вернусь, — женщина сложила руки вместе, слегка поклонилась мне, встала и ушла.