— Да. Я в здравом уме и осознаю то, о чём сказала.

— Это не шутки, Аяна, — произнёс император.

— А похоже, что я шучу? Папа, ты даже не попытался поговорить с Анной Державиной! Что, если ты ошибаешься? Что, если это не она виновата, а её подставили? Тогда ты просто убьёшь невинного человека и всех тех, кто ей верен! Разве так поступают правители Японии? Разве мы не самые справедливые во всём мире? Мы судим человека по поступкам, а не по тому, что слышим от других! Именно ты научил меня этому! — распалилась не на шутку принцесса.

— Аяна. Ты не понимаешь, о чём говоришь, — покачал головой Акихиро Хинодэ. — Ты не видишь всей картины. Ты ещё слишком молода и не знаешь всей правды. Будь уверена, что, узнай ты всё, то поняла бы меня.

— А как я её узнаю, если мне о ней не рассказывают, папа! — притопнула ногой девушка. — Ты постоянно твердишь, что мне необходимо подрасти, прежде чем я смогу что-либо понять, но я считаю, что это лишь отговорки!

Акихиро Хинодэ посмотрел на неё тяжёлым взглядом, и девушка дрогнула, а затем отступила назад. Видя это, император вздрогнул и произнёс:

— Прости… я… не хотел на тебя давить. Просто, всё это так внезапно. Давай не будем это обсуждать здесь и сейчас. Поговорим об этом потом. А сейчас я бы хотел закончить то, что начал.

Аяна покачала головой и встала передо мной. Не нравится мне это, но кто я такой, чтобы встревать в разговор отца и дочери? Пусть сами пока разбираются.

— Я не уйду, папа. Ты учил меня быть честной и справедливой, а сейчас сам поступаешь так, словно даже не пытаешься разобраться в ситуации.

Император провёл ладонью по лицу и тихо произнёс:

— Воспитал на свою голову… проблему… Я не против рассмотреть дело Анны Державиной, но ты должна отказаться от своих слов, — он посмотрел на меня.

— Я не отказываюсь от своих слов, папа! Этому меня опять же научил ты. Да и мама наверняка не будет против.

— Я против! — резко произнёс Акихиро Хинодэ.

— Ты обещал, — упрямо произнесла Аяна, и они начали играть в гляделки. — Ты не забыл об этом?

Вообще, ей повезло, что император Японии такой любящий отец. Любой другой правитель вполне мог бы просто приказать скрутить и отправить на «подумать» в какую-нибудь башню.

— Почему ты такая упрямая? Что тебе нравится в этом юноше? Да, он силён, не спорю, но…

— Он… рисковал собой, чтобы спасти нас, — тихо произнесла девушка. — А где в это время был ты, папа?

Император едва заметно отшатнулся и, кажется, даже побледнел.

— Прости… я… — начал он, и вокруг него перестал дрожать воздух, а пламя погасло.

Только я подумал, что ситуация разрешилась, как тут же послышался визг множества колёс и крики людей. Мгновение, и нас окружили, судя по всему, люди из Российской империи.