И тут меня осенило. В мире Славян Серегин и Ника-Кобра начали операцию по замене престарелого Юстиниана на нашего ставленника, некоего патрикия Кирилла, парня из хорошей семьи, но с темным прошлым. Этот патрикий, было дело, работал чиновником по особым внешнеполитическим, зачастую грязным, поручениям при тамошнем магистре оффиций, непроизвольно влип в интриги не своего уровня и тем самым попался к Нике-Кобре на крючок.
По крайней мере, это была ее идея — сажать этого типа на императорский трон в Константинополе. Но допустим, сделали мы этого Кирилла императором, подперли преданными людьми и деньгами, а он возьмет и женится на женщине, имеющей прямо противоположные нашим воззрения на политическую реальность. И вот тогда все труды Серегина и Ники-Кобры пойдут псу под хвост, поскольку еще издавна существует поговорка, что ночная кукушка дневную завсегда перекукует. Нет — сажать на трон его надо уже женатым, и чтобы этот тип знал, что его супруга — красивая, умная, хозяйственная, с обширными зарубежными связями — будет залогом его дальнейшего благосостояния или вообще существования. Что случись с ней какое-нибудь несчастье, ее друзья перевернут небо и землю, дороются до глубин ада, но найдут всех виновных. Поэтому мы с самого начала искали подходящую кандидатуру на роль базилиссы, способной управлять своим супругом, но пока все как-то не срасталось по причине отсутствия соответствующих кандидатур. А тут зверь сам выбежал на ловца.
Почему бы и нет? Если эту Аграфену как следует омолодить и оздоровить, поднатаскать в греческом и латыни, тогда из нее получится отличная жена для будущего императора, и все ее недостатки тут же обернутся сплошными достоинствами. Оказавшись на том месте, она, хочешь не хочешь, будет работать на союз славянской и византийской империй, направляя экспансию Византии в южном, а не северном направлении. Если Ника-Кобра нашла кандидата на пост нового императора, то я нашла кандидатку на пост его жены. И ничего, что с ней нужно еще немного поработать. Конечный результат будет стоить всех понесенных затрат.
Но в этом деле есть два взаимосвязанных «но». Для начала Аграфена должна согласиться и на омоложение, и на замужество с нашим кандидатом на Византийский престол. Церковный брак тут дело серьезное, и расторгнуть его может только смерть одного из супругов. Если отказ от радикального омоложения — это что-то невероятное, то вступать в брак с незнакомым человеком по предварительному сговору… да, на такое пойдет далеко не каждая женщина. Но предположим, отставная княгиня согласилась и с тем, и с другим. Ведь все-таки византийская императрица в шестом веке — это значительное повышение после русской княгини в тринадцатом. Но дело еще и в том, что эту идею должен одобрить сам патрикий Кирилл, а самое главное, все это должен одобрить Серегин. Хотя, думаю, мне он не откажет. Итак, сейчас коротко изложу Аграфене свой план, выслушаю ее ответ, а потом пойду искать его, чтобы объяснить ему важность своих идей и абсолютную несложность их исполнения.