Ну не сообщать же нынешнему киевскому князю, которому вот-вот стукнет сорок восемь лет, что главным его «достижением» является стоящий рядом немного нескладный юноша с чуть курчавящейся ранней бородкой.

— Благодарствую тебя, Сергей Сергеевич, на добром слове, — кивнул Ярослав Всеволодович и тут же закруглил официальную часть, задав мне вопрос, который перевел наш разговор на деловые рельсы, — Мой сын Александр сообщил мне, что у тебя ко мне есть очень важный разговор?

— Да, — подтвердил я, — такой разговор есть. Но не будем же мы, князь киевский Ярослав Всеволодович, вести его прямо здесь, на жаркой площади, будто два смерда, торгующие друг у друга воз репы? Не лучше ли нам с ближними людьми пройти в мои покои, где в прохладе, тишине и уюте мы сможем обсудить все необходимое.

— Конечно же, мы не будем торговать Русь, будто смерды репу, Великий князь Артанский Сергей Сергеевич Серегин, — усмехнулся дорогой гость, — так что идем в твои покои и продолжим разговор там. И, кстати, Великое Княжество Артанское — это где?

— Великое Княжество Артанское, — сказал я, показывая дорогу, — оно в другом мире. Примерно за семьсот лет до вашего времени, и за триста лет до вашего пращура Рюрика. Это бывший племенной союз Антов, в нижнем течении Днепра, южнее вашего нынешнего киевского княжества. Столица Артании находится сразу за порогами, на высоком правом берегу, напротив острова Хортица…

— Понятно, — кивнул отец Александра Невского. — А здесь у тебя что?

Я пожал плечами и сказал:

— А здесь мы так, на зимних квартирах, пока жизнь там замерла и никто никуда не идет. Вот пока было время, мы занимались вашим Батыем. Дела там, в мире Славян, начнутся месяца через три, когда сойдет снег, просохнут степные дороги, а погода позволит выйти в море кораблям. Вот тогда неугомонный старик Юстиниан, скорее всего, пойдет на нас войной, и мы будем учить его полководцев хорошим манерам, если до этого вообще дойдет дело. А тут наоборот — среди дебрей и болот активная политика замрет до следующей зимы.

— Тяжело тебе там будет, Великий князь Артанский Серегин, — хмыкнул Ярослав Всеволодович, входя в башню Силы и оглядываясь по сторонам и пытаясь понять, куда он попал. — Но ты знай, что наша семья добро тоже помнит. Если будет надо, выставим тебе на подмогу со всей Руси тьму кованой рати и две-три тьмы ополчения.

— Спасибо на добром слове, великий князь киевский Ярослав Всеволодович, — сказал я, — если будет такая необходимость, тогда и поговорим о твоей подмоге. А сейчас попрошу подняться на второй поверх в мои покои. Наш разговор о нынешних ваших делах тоже не ждет.