Да что там говорить — почти половину всех вооруженных сил империи составляют отряды частных лиц, так называемых ипаспистов или букеллариев. У меня таких на Италийской войне, к примеру, было пять тысяч, у Велизария семь. От трети до четверти армии. А ведь там еще были отряды более мелких начальников, необходимые для того, чтобы держать в узде многочисленных наемников. По отдельности они не представляют большой угрозы, но в случае если их хозяева сговорятся, государство может оказаться в опасности большого мятежа. А недовольство Юстинианом зреет, и теперь о нем говорят почти открыто. Кстати, еще неизвестно, до чего доведет страну его племянник Юстин, которого сейчас все прочат в преемники-наследники. Мол, от добра добра не ищут. А какое же оно добро — гниль одна и разорение, да и сам Юстин — обалдуй, находящийся под властью своей вздорной жены. Какое счастье, что я уже не увижу, как это ничтожество усядется на троне. Или все же увижу, если Юстиниан будет настолько подл, что издохнет раньше меня…'

— Почему ты молчишь, Нарзес? — встревожился Юстиниан, — неужели тебе были непонятны мои слова?

— Нет, мой добрый господин, я просто думал, как лучше выполнить ваше поручение, — торопливо ответил тот, а сам подумал, что хорошо, что мысли умеет читать только архонт Серегин или кто-то из его клиентов, а не присутствующий здесь Юстиниан, иначе бы ему, Нарзесу, не сносить своей седой головы.

— Не о чем тут думать! — категорически заявил император. — Немедленно поезжай с посольством к этому Серегину, а я пока тут буду собирать армию. Самое главное, что ты должен сделать — это узнать, каким образом я смогу получить для себя вторую молодость, ну и, конечно, о военных силах этой Артании и об удобных дорогах к ее столице… Как докладывают наши агенты, сейчас там нет никакого архонта-колдуна, а вместо него делами занимаются его старшие дружинники, Добрыня и Ратибор. Но они знают, где он находится, поэтому сразу, как только прибудешь туда с посольством, и он тоже объявится в тех краях.

«Ага, — подумал византийский полководец, — ты соберешь всякий сброд, числом поболее, ценою подешевле, а мне им потом командовать. Особенно в свете того, что армия у этой Артании не чета готской или даже персидской. Сожрут они наше войско в своих родных степях и не подавятся. Нет этот разговор пора закруглять, чтобы на досуге, в моем загородном поместье, как следует все обдумать. Кажется, он сказал все, что хотел, а теперь только будет читать нотации.»

— Будет исполнено, мой добрый господин, — произнес он, прямо из кресла бухаясь на колени перед автократором ромеев, — надеюсь, ты позволишь своему преданному слуге удалиться, чтобы немедленно приступить к выполнению твоих поручений?