— Спи спокойно, князь Федор! Монголы разгромлены, и Батый скоро будет казнен. Рязань спасена, Евпраксия и твой сын в безопасности.

— Спасибо, сестра, — донеслось из пустоты в ответ, — передавай привет Евпраксии и скажи ей, что очень ее любил и хочу, чтобы она была счастлива. А теперь я ухожу. Прощайте!

Ну вот и все. Возможно, что часть суицидального синдрома составлял как раз дух покойного мужа, витающий вокруг несчастной женщины. И пусть он пытался сказать ей нечто прямо противоположное, но исходящая от духа мертвого некротическая энергия навевала на молодую женщину мысли о самоубийстве. И чем дольше это продолжалось, тем ближе Евпраксия была к исполнению своего ужасного намерения. Объяснившись с духом и отпустив его на волю, я тем самым сделала окончательный шаг к спасению несчастной женщины.

— Твой покойный муж, — сказала я Эго Евпраксии, зажигая перед иконой свечку, — просил передать тебе то, что он очень тебя любил. Но там, за гранью жизни и смерти, той любви, которой мы любим на земле, уже не существует, и поэтому, перед тем как уйти в райские чертоги, он пожелал тебе найти свое новое счастье. Будь счастлива, Евпраксия, тебе незачем умирать так рано. Вы еще встретитесь по ту сторону, ведь там впереди вечность…

— Ой, правда, — обрадовалось Эго Евпраксии, — я так не хотела умирать… Но голос в ушах все время нашептывал мне, что я обязательно должна это сделать, что женщине незачем жить, если умер ее муж, что он ждет меня по ту сторону смерти, никуда не уходя от ворот.

— Теперь он ушел, — сказала я, гладя девочку по голове, — а сейчас давай прощаться. Мне пора домой, а тебе нужно делать уроки…

— Ох, да, госпожа Анна, — встрепенулось Эго, — конечно же, идите, буду рада видеть вас снова.

И тут я увидела, что том сочинений какого-то манихействующего ересиарха, по которому сухопарая стерва учила маленькую Праню, чудесным образом превратился в книгу древнеримского врача Галена «О сохранении здоровья».

Открыв глаза, я встретилась с вопрошающим и полным надежды взглядом Евпраксии. «Получилось, госпожа Анна?» — говорил он.

— Да получилось, — ответила я, — теперь все будет хорошо.

— Да, госпожа, Анна, — со вздохом облегчения произнесла Евпраксия, приподнимаясь с ложа, — теперь я больше не хочу умереть, спасибо вам за все. Скажите, как я могу найти госпожу Лилию?

* * *

Тогда же и там же. Ася, она же Асель Субботина, она же «Матильда»

Каррамба, коррида и черт побери. Эти маленькие княжеские дурочки, вместе со своей глупой, как корова, мамашей, впервые оказались у нас в Башне Мудрости на детской половине и совершенно случайно, разумеется, наткнулись на наших младших деммок. Тел, полулежа на ковре, играла с Увом, Яной и моей почти что тезкой Асаль в карты, в подкидного дурака. А малышка Сул играла роль болельщиков, дающих игрокам вредные советы. Играли на щелбаны. Играть на раздевание, как того хотела хитрюга Тел, Анна Сергеевна категорически запретила, а то Уву и Яне, игравшим в паре, пришлось бы постоянно сидеть голышом.