Из лап питомца вылезли небольшие коготки, которые вспыхнули огнём. И через несколько секунд они погасли. Мана была потрачена полностью.

— Пока так, — вздохнул Мишка, хотя глаза его горели от счастья. — Но ведь это же круто! Скажи?

— Да, очень круто, — подтвердил я, улыбнувшись. — Рад, что у тебя появился такой питомец. Теперь надо каждый день тренироваться с ним.

— Так нам и сказал продавец, — радостно ответил Миша. — Я готов хоть целый день с ним тренироваться!

— А по корму — разобрались? — присел я рядом с Шариком и протянул руку.

Пёс почувствовал мою силу, немного отстранился, но позволил себя погладить.

— Нам сказали, что ему лучше давать острое, — погрустнел Мишка. — Вот мясо приправили перцем, и Шарик покушал недавно. Правда, без аппетита.

— Попробуй дать ему горчицу или хреновину, — посоветовал я. — Чем острее — тем лучше.

— Во, а об этом мы не подумали, — спохватился Мишка. — У нас же есть острый перец!

— И его можно, — кивнул я. — В общем — только острое. Так он быстрее будет восстанавливаться и развиваться.

— Спасибо, друг, — Миша протянул руку, и мы обменялись крепким рукопожатием.

А затем подошли к взрослым.

— … и огненный купол — это прямо мощно, — продолжал батя.

— Даже не спрашивайте, за сколько мы его взяли, — нервно хохотнул Кутузов. — И нам ещё скинули половину цены. Подорожали нынче магические питомцы.

Родители тоже погладили Шарика. А он был не против. Общительный пёс.

А после этого — попили чай с тортом, покормили питомца Мишки острым перцем и снова вышли погулять во двор.

— Офигеть, — выдохнул Мишка, покосившись на Шарика. — Пять стручков перца сожрал, и даже не поморщился.

— А я тебе говорил, что? — засмеялся я в ответ. — А теперь проверь ману.

Миша достал какой-то предмет, вроде указки. Коснулся им тельца Шарика. И указка осветилась наполовину красным.

— Ого! — восторженно воскликнул друг. — Уже наполовину восстановился!

— Не благодари, — я улыбнулся.

Мне не нужна была указка. Я и так прекрасно видел по ауре пса, что он активно начал трансформировать острую пищу в магическую энергию.

— Теперь ты можешь один ходить в садик, — обратился я к другу, когда мы свернули в сторону нескольких заснеженных деревьев сада.

Шарик в это время остановился и что-то принялся вынюхивать в сугробе.

— Ага, мои родичи так и отпустят меня, — скривился он. — Теперь ещё больше будут меня опекать.

— А вдруг обожжётся? — шутливо спросил я.

— Вот-вот, — выставил палец Мишка. — Вдруг получит ожог, вдруг загорится… уже началось сегодня. Как только они увидели способности Шарика.

— Да ладно, это пройдёт, — махнул я. — Мои вон тоже сначала охали, а потом… привыкли.