— Мама — Мэйхуа? — взяла себя в руки, уточнила.

Это ж исторический момент! Только ради этого стоило лететь в такую даль, туда, где горы, шаманы и другие мосо-наси. Мэйли, Мэйхуа — явно же прослеживается связь.

— Сестра Весенний Персик и сестра Зимняя Слива, всё верно, — рассмеялась Нин. — Мы из-за имен и сошлись поначалу. Это было необычно и весело.

— А-э… — я все еще отходила от шока, что столько моих стараний закончились всего-навсего встречей школьных подружек. — Вы продолжайте.

Полезла за яком. Его мне презентовали, и он мне глянулся. Довольно-таки правдоподобный, весь из себя брутальный, но при этом мягкий и плюшевый. Мечта любой девушки от одного до двух лет. А, быть может, и до пяти-шести.

Чириканье со всякими обменами любезностями и заверениями в вечной сестринской привязанности я с легким сердцем пропустила. Дергала яка за уши и терзала рога.

— Ты так и не помирилась с отцом? — як чуть не заставил меня пропустить ТАКОЕ!

Каких трудов мне стоило не вытаращиться на этих болтушек, а сосредоточиться (хотя бы внешне) на моем белокуром красавце, вы себе не представляете.

Мать на провокацию не поддалась. Смолчала.

— Он тебя не простил? — Нин подлила масла в костер моего любопытства.

И, кажется, присыпала соль на рану мамуле. Та замолчала и этот словесный выпад.

— Ладно, я молчу, — скуластая сдалась. — У тебя очень красивая дочка.

«У тебя», — я отделила зернышко-слово от оболочки фразы. «У вас», — обычно говорили все остальные, подразумевая немалую заслугу родителя в создании красивого потомства.

Здесь точно крылась семейная тайна. Мрачная и о-о-очень интересная. К гадалке, то есть, к шаману не ходи. Но ничего больше цветущие и древесные не сказали важного: батя принес вино. И какое-то местное пиво, на пробу.

За трапезой и выпивкой темы разговоров стали куда более общими.

— Я так волновалась, когда узнала о землетрясении четыре года назад, — сказала мать. — Пока не получила письмо от тебя, не находила места. Но, я так вижу, город почти не пострадал?

— Кое-что отремонтировали, — Нин пожала плечами. — Но в старом городе разрушения были едва заметны. Хотя трясло сильно.

— После того случая город внесли в список объектов национального наследия ЮНЕСКО, — обозначил свою осведомленность батя. — Мы с удовольствием прогуляемся по городу с более чем тысячелетней историей.

А самую интересную для меня тему больше не поднимали.

На следующий день Нин Чунтао повела нас к пруду Черного Дракона. Там — красотень невероятная. Гладь прозрачной воды, древние постройки — не новодел с «закосом» под старину, а реально исторические строения — и величественные горы вдали.