только сгибы рук были испещрены следами инъекций. Тела на столах были холодны как лёд. Но глаза были открыты и в глазах стояла темень. Просто чернота вместо белков глаз и зрачков, только темнота. Я опять посмотрел на Мику, и он тихо сказал, надо идти дальше. Опять дверь с запорами и опять помещение и тут была совсем другая обстановка. Помещение было в морозном тумане и было очень холодно и в отличии от предыдущего помещения здесь не было столов. Здесь был стеклянный куб и в кубе висело в воздухе тело молодой женщины. Идти и смотреть, что за женщина в стеклянном кубе мне не хотелось совсем, но надо и я пошел смотреть. Это была молодая женщина в хорошей физической форме и блондинка. Несмотря на то, что у неё были открыт глаза она не подавала признаков жизни. Я протянул руку и попробовал пульс и, наверное, очень сильно испугался, когда женщина открыла глаза и схватила меня за руку резко при этом поднявшись со своего ложа. Я притупил и не сопротивлялся — когда женщина одним движением отправила меня в полет к стене ангара. Полет закончился для меня успешно, хотя из меня выбило весь воздух я не потерял сознание и лежа у стены успел достать кинжал и выставить впереди себя. Никаких приемов ножевого боя я не применял, не в том состоянии пребывал, просто выставил руку с кинжалом вперед пытаясь отгородиться от этой ледяной женщины, и эта ледяная женщина как прыгнула на меня для того, чтобы добить так и напоролась на кинжал. Всё произошло совсем случайно, я на автомате выставил руку и кинжалом, эта женщина не успела отреагировать и так и насадилась на острие кинжала. Мне просто повезло в очередной раз. Теперь у меня рука провалилась во внутренности ледяной тетки, и я тряс рукой и пытался освободить руку и кинжал. Но у меня ничего не получалось и я уже начинал паниковать, воображение рисовало уже совсем страшные положения. Помог мне Мика он подошел и рывком сдернул с моей руки это холодное тело. Я сидел в ступоре у стены ангара и смотрел на свою руку и ждал, что теперь будет дальше с моей рукой. Воображение рисовало разные картинки, но ничего с рукой не происходило, только усталость почувствовал и опустил руку.

Дверь в соседнее помещение с грохотом открылось и в дверном проеме появились фигуры обнаженных тел, которые лежали на столах в соседнем помещении. Напарник стрелял из винтовки и автоматически перезаряжал и снова стрелял. Тела, медленно переваливаясь шли к напарнику. Надо было его спасать и я, подбежав к медленно шагающим телам перехватил горло сначала одному и затем второму обнаженному телу. Подсознательно я ожидал — фонтаном хлынет кровь и все вокруг станет алым. Но хлынула голубая жидкость и вокруг всё стало голубым. Тела некоторое время постояли и затем упали на пол и стали синеть. Цвет менялся очень быстро с голубого, до глубокого синего и затем черного. И если сначала на телах не было следов разложения, то буквально через десять минут на полу лежали полностью разложившиеся тела. Держа винтовки наготове, мы медленно стали выбираться из ангара. Выбравшись на свободу, я наткнулся взглядом на шеренгу двухсотлитровых бочек с горючим. И у меня сразу же появилась мысль сжечь этот ужас в огне пожара. И мы с напарником заминировали эту шеренгу бочек и отойдя за пределы лагеря активировали взрыватели. Пожар получился знатный и мы уходили от этой стены огня с мрачным чувством удовлетворения. Мы смогли отомстить нашим врагам и не дали использовать тела своих товарищей в этих средневековых экспериментах. Выбирались мы тем же путем, каким и забирались в это логово. Опять никакой бдительности со стороны боевиков ЗАНЛА и пограничников. Просто проехали и убрались на свою территорию. О произошедшем решили не упоминать вообще. Наши товарищи пропали в буше, так бывает на этой войне. Ушел в буш на задание и не вернулся и никто не знает, где твое тело. Такая служба.