пить только что налитый ему чай. – Ты что здесь забыл? – от неожиданности Чэнь Цзяолун даже не понизил голос, хотя в столовой кроме Цин Юйдуня больше не было старейшин. Маомао хмыкнул, подливая в пустую пиалу Цзисюаня еще чая. – Подношу чаю своему Учителю. – Его ухмылка стала еще шире. Теперь, когда его лицо не скрывала маска, даже с этой зловредной улыбочкой он выглядел настоящим красавцем. Многие девушки из Юньхэ уже вздыхали про себя, что пику Цунчжэ достался еще один Пань Ань [160] . Старейшина Цунчжэ как будто выращивал собственный сад. – Своему… Учителю?! – голос А-Цю захрипел и сорвался. Он схватился за сердце и перевел ревнивый взгляд на Цин Юйдуня. Тот наконец поднял на кота глаза. – Поприветствуй своего шисюна как следует, – холодно сказал он Маомао. – Ой, конечно, Учите-е-ель, – сладко протянул кот, а затем поднялся на ноги и, картинно держась за грудь, отвесил небольшой поклон А-Цю. – Давай будем заботиться друг о друге как следует, шисюн , – довольно проговорил он. После этого кот выпрямился, картинно скривился и снова плюхнулся на стул. – Учитель, мои раны еще не до конца затянулись, – слезно пожаловался он, не обращая внимания на то бледневшего, то красневшего Дракона. – У тебя рана на боку, а не в сердце, – парировал Цин Юйдунь, который, казалось, медленно вырабатывал невосприимчивость к его выходкам. – Учитель! – словно обиженный ребенок прервал их Чэнь Цзяолун. – Вы правда взяли его в ученики? Одного А-Цю вам мало? – Он шагнул ближе, его взгляд вспыхнул пламенем. – Мне его даже жаль, – вздохнул Хоу Пэн, глядя на разыгравшуюся драму. Мин Дань скептически на него посмотрел, но снова промолчал. – А-Цю, ты ведешь себя неподобающе, – наконец нахмурился Цин Юйдунь, глядя в лицо ученику. – Я же не взял его на твое место. Теперь у тебя будет шиди, разве это не замечательно? Совсем не замечательно! А-Цю не мог найти слов от возмущения. – Верно, шисюн Чэнь, неужто ты имеешь что-то против меня? Я так старался попасть к Учителю в ученики, но ты точно бутылка с уксусом [161] … Ах, видно, на пике Цунчжэ меня ждет суровая жизнь, – проговорил кот, от души веселясь. Дракон, казалось, вот-вот был готов взорваться. И вот это его шиди? Этот наглый вшивый кот?! Да он сейчас же все расскажет! Пусть Учитель продаст его секте Линьцзи! Заметив, что взгляд юноши становится опасным, благоразумный и умнейший Маомао тут же отступил. Он выпрямился и сделал невинное выражение лица: – Шисюн, поздравляю с прорывом. – Верно, А-Цю, ты же наконец прорвался на стадию Создания