маленького дрожащего на полу мальчика, по щекам которого текли горькие слезы. Громкие рыдания заполнили зал, но Шэнь Цзян молчал. Через некоторое время, когда Шэнь Пэн выдохся от слез, глава глухим тихим голосом твердо произнес: – Пэн-эр, ты же знаешь, что Небесные силы достаются только одному Духу-хранителю. Им должен стать Хэн-эр. Он мой первенец, он обязан быть самым сильным в клане. Но ты… – Он взглянул на сына, который поднял на него заплаканные глаза, и ожесточил свой тон: – Ты все портишь. – Глава Шэнь… – мягко кашлянул И Чэнь, не в силах больше выносить этой жестокости. – Глава И, это семейное дело, – отрезал тот, и И Чэнь был вынужден замолчать, не найдя аргументов. – Пэн-эр, подойди и подай чай своему Учителю. Глава И любезно согласился взять тебя в ученики… – Я не хочу! Не хочу! – Мальчик вскочил на ноги и бросился прочь из зала, но не успел добежать до дверей, как золотистые духовные путы утянули его обратно. – Отец! – раздался еще один звонкий голос. Шэнь Хэн, все это время подслушивающий под дверью, вломился внутрь и бухнулся на колени рядом со связанным братом. – Отец, не отсылайте Пэн-эра! – Замолчи! – взревел тот, поднимаясь на ноги. Он был высок, худ, и его тень накрыла старшего сына целиком. – Разве ты не понимаешь, ради кого я это делаю?! Разве стал бы я поступать так с собственным сыном без очевидной причины?! – Н-но, отец, он же мой младший брат! – вскричал Шэнь Хэн. В его глазах блеснули слезы. Как бы он ни обижался и ни ругался на Пэн-эра, тот оставался его любимым младшим братиком, тем, о ком он должен был заботиться и оберегать. – Отец, мне не нужны Небесные силы такой ценой! Владыка никогда бы не… – Что ты знаешь о мыслях Владыки?! – разъярился Шэнь Цзян. Еще одна золотая лоза взметнулась в воздухе, с отчетливым звуком ударяя Шэнь Хэна по щеке. На месте удара появилась тонкая кровавая полоса. – Неблагодарный щенок! Если бы не ты, позор клана, разве стал бы я поступать таким образом! Он вскинул ладони, и золотые лозы, опутавшие Шэнь Пэна, подняли того в коленопреклоненную позу и надавили на спину, заставляя поклониться перед И Чэнем. Тот с жалостью смотрел на дрожащих заплаканных братьев. – Будем считать, что ритуал исполнен, – произнес Шэнь Цзян. Путы развеялись, и Пэн-эр безвольно упал на бок. – Надеюсь, глава И простит наш клан за это унизительное зрелище. Пэн-эр прилежный ученик и талантливый заклинатель. Он вас не разочарует. Эта сухая, такая долгожданная похвала из уст отца была столь нелепа сейчас, что глаза обоих мальчиков