тревоге призывать Хранителей к Нефритовому барьеру. Цин Юйдунь не являлся главой секты и, по идее, не должен был иметь при себе такой артефакт, но на недавний юбилей Чэнь Канлун торжественно вручил ему духовный кристалл в подарок. Старейшина пытался отказаться от дорогостоящего дара, но ему все равно насильно вручили его со словами, что клан Дракона в любом случае богатейший в Поднебесной, а Чэнь Канлун устал общаться с И Чэнем и хотел бы иметь с ним, Цзисюанем, прямую связь. Правда, он очень быстро понял, что связаться с Цин Юйдунем от этого не стало легче, – большую часть времени, только заслышав пустую болтовню Дракона, старейшина Цунчжэ безжалостно отключался и отвечал лишь в случае угрозы прорыва Нефритового барьера. На фоне этого Чэнь Канлун погрузился в глубокую печаль и даже на какое-то время оставил его в покое, но быстро воспрянул духом – не в его характере было подолгу грустить. Он продолжал донимать Цин Юйдуня через кристалл и был в этом чрезвычайно упорен. Сейчас, когда на пике появился А-Цю, Цин Юйдунь без задней мысли тут же отдал кристалл ему. Это не только избавило его от лишней головной боли в виде друга, но и на некоторое время заняло гиперактивного мальчишку. Единственное, от чего теперь страдал Цин Юйдунь, – это периодическая мигрень из-за упадка духовных сил, но, по его мнению, это была малая плата за спокойствие. Правда, в итоге пришлось все-таки ограничить время, которое А-Цю мог проводить с кристаллом. С другой стороны, поскольку управлять таким сложным и энергозатратным инструментом могли только заклинатели выше стадии Зарождения души, это стало только еще одним мотивом юноши к тому, чтобы поскорее прорваться на уровни повыше. – Ты прибыл как раз вовремя, чтобы словить стрелу, – поддел его глава Чэнь. – Тем более, одно – слушать хвастливого мальчишку, который любое выученное новое движение меча превозносит так, словно он убил сильнейшего демона, а совсем другое – узнать что-то от тебя. Ты уж точно расскажешь все как есть, приукрашивать не станешь, но все равно жалеешь слов! – Он пытливо уставился в его лицо, явно дожидаясь настоящей похвалы своему племяннику, которого только что сам назвал хвастливым мальчишкой. Высокомерие Драконов было поистине императорским. – А-Цю быстро учится. Моя техника Нефритового меча, как ты знаешь, состоит из восьми ступеней внутреннего совершенствования и сорока движений. Боюсь, эту информацию мальчишка уже успел тебе выдать, – со вздохом произнес Цин Юйдунь. Он впервые передавал технику ученику, но тот