— Логично, — согласился я с ним, и ускорил шаг.

* * *

— Седьмая, на место я сказал! А ты, вторая, куда собралась? Я же сказал, твоё место на руке, нечего к ноге ползти! А ты, девятнадцатая, не лезь к вазе! Она до хренище денег стоит! Чем расплачиваться будешь, если разобьёшь? — командовал я на ходу, воспользовавшись моментом, пока иду, чтобы хоть немного с ними освоиться. И первом делом я пересчитал свои новые конечности, и выяснил, что их ровно пятьдесят, а потому я сразу же дал им имена, пронумеровав. И при этом выяснил, что они явно относят себя к женскому роду.

По крайней мере, откликались они только тогда, когда я обращался к ним в женском роде, и даже худо-бедно слушались. Вот только сложно было контролировать сразу все. Пока сосредотачиваешься на одной-двух, остальные творят, что хотят. Переключаешься на другие, первые сразу из-под контроля выходят. Морока та ещё выходит, в общем.

Но всё же когда я подошёл к двери кабинета, мне удалось их немного успокоить, и заставить не метаться во все стороны, а спокойно сидеть на мне, обмотавшись в несколько слоёв.

На моё счастье, материал, из которого они были сделаны, был довольно лёгкий, так что тяжести я почти не ощущал. К тому же он был очень податлив, и почти не сковывал моих движений. Эдакий живой доспех получился многослойный, и только голова с шеей у меня оставались не прикрытыми им, да кисти рук.

— Вызывал, отец? — символически стукнув в дверь, я зашёл внутрь, где обнаружился длинный стол, за которым сидели мой отец, братья, и ещё человек двадцать народу.

— Да. Проходи, садись, — кивнул он на одно из свободных мест рядом с собой, — А ты особо не торопился, я смотрю.

— Пришлось немного задержаться, чтобы хоть чуть-чуть разобраться со своим новым украшением, — поморщился я, подняв руку, показывая обвивающий её трос.

— Да, мы уже в курсе про него, и очень нам любопытно, что это, и как ты им обзавёлся? — с любопытством уставился он на мою руку.

— Самому хотелось бы знать, — проворчал я, — Последнее, что я помню, это как побежал на крышу встречать новых гостей, там в меня выстрелили сетью, которая спеленала меня по рукам и ногам, и больше я ничего не помню. Очнулся уже у себя в комнате недавно.

— Очень любопытно, — оживился вдруг сидевший с другой стороны от отца какой-то дедок, — Я явно ощущаю в этих украшениях какой-то магический фон. Разрешите мне поближе посмотреть на молодого человека?

— Разумеется, Макар Петрович, — вежливо кивнул ему отец, — Мы будем весьма вам признательны, если вы поможете нам с этим разобраться.