Огонь быстро добрался до первых паутин, сходу испепелил их, даже не заметив препятствия, а от кляксы вдруг донёсся оглушительный визг, после чего все остальные нити молниеносно свернулись, и утонули в ней, а сама аномалия вдруг стала сжиматься, и уже через пару секунд на асфальте оказался огромный чёрный шар, с абсолютно гладкой зеркальной поверхностью, напоминавший своим видом шар для боулинга, только очень здоровых размеров.

Стена огня уже очень скоро добралась до него, утопила его в пламени, и… покатила дальше. А вынырнувший из неё шар, оставшийся без малейших повреждений, тут растёкся обратно в кляксу, от которой вдруг к нам рванули десятки, если не сотни чёрных нитей…

* * *

— Миша! — донёсся до меня испуганный крик Астры, когда сразу десяток нитей окутали меня, и, несмотря на всё моё сопротивление, потащили к кляксе.

И да, я оказался в данной ситуации самым слабым звеном в команде. Ну, или самым неопытным.

Все остальные каким-то образом успели среагировать на атаку, и увернуться, я же замешкался, потом нырнул на землю и всё же увернулся от нескольких, ну а дальше ничего сделать уже не успел.

Эти гадские нити оказались неимоверно прочными, и порвать у меня их не получалось, несмотря на всю свою силу.

— Держись! Я помогу! — донёсся до меня опять возглас Астры, после чего меня что-то с огромной силой потащило обратно. Видимо, она пыталась меня телекинезом выдернуть. Вот только хоть движение и замедлилось, но не остановилось, и меня продолжало тянуть к кляксе.

Вдруг краем глаза я уловил какое-то быстрое движение, и присмотревшись увидел, как Альберт на огромной скорости мчится ко мне, а в его руках мелькают два клинка, хотя я в упор не помнил, чтобы видел их у него раньше.

Он сблизился со мной, весело подмигнул мне, после чего его клинки замелькали с такой скоростью, что для меня как будто в вентилятор превратились.

Уклонившись сразу от двух нитей, метнувшихся к нему, он обрушил на них целый каскад ударов, вот только безуспешно… Как ни странно, но отлично горевший неизвестный материал оказался абсолютно невосприимчив к физическому урону. Клинки пружинили, сталкиваясь с нитями, и не причиняли им ни малейшего вреда, а к самому главе уже устремились несколько десятков нитей, грозя и его спеленать по рукам и ногам. Вот только он не я, и у него довольно успешно получалось от них уклоняться, а скоро я потерял его из виду, так как меня вдруг развернуло в воздухе, и я увидел, что нахожусь уже прямо над самой кляксой.

* * *

Я уже набрал в грудь как можно больше воздуха, готовясь к погружению, и не собираясь сдаваться без боя, как вдруг откуда-то повеяло ледяным ветром, с каждой секундой становившемся всё сильнее и холоднее.