Основным моим оружием стала воздушно-звуковая волна, активируемая хлопком ладоней. Но не забывал постреливать из арбалета зачарованными болтами, выбирая те из них, которые обладали взрывным или замораживающим эффектом. Потом эти обледенелые фигурки разрывались после акустического удара, разя ледяными осколками сородичей.

Понемногу ситуация стала выправляться. Значительная часть колонистов покинула посёлок. В воротах встал мощный заслон из воинов с сильными дальнобойными и защитными техниками, амулетами и зачарованным оружием. Они раз за разом отбивали волны фаланг, не выпуская тех из посёлка. Разведчики и призывные петы носились по периметру снаружи, выискивая проходы под стенами, через которые паучья армия пыталась выйти из Фаркраса. При обнаружении таковых пауки уничтожались, а лаз запечатывался. В самом посёлке осталась часть наёмников и клановых бойцов, которые помогали рабочим выбраться из заблокированных построек и добежать до ворот.

«Вот это жуть», — промелькнула в голове мысль, когда я бросил быстрый взгляд на внутреннюю территорию посёлка. Вся поверхность была покрыта толстым слоем неподвижных и слабо шевелящихся фаланг. Половина паучьих тушек курилась дымком, была превращена в уголья, в камень или лёд. Другая оказалась представлена в виде слизи и невзрачных фрагментов.

Но куда хуже было то, что враги продолжали лезть из-под земли нескончаемым потоком и среди них стали появляться крупные экземпляры с навыками. В основном они могли далеко и быстро прыгать, а ещё плеваться ядом на пять-шесть метров. Для меня, укутавшегося в псевдотело, ядовитые плевки не представляли особой опасности, зато другим пришлось несладко. Яд за секунды вызывал кровоточащую язву и сильное жжение в месте попадания. Несколько таких попаданий приводили к быстрой слабости с головокружением и тошнотой. Он просачивался сквозь ткань и разъедал кожаные детали. При этом металл оказался ему не по зубам. Из-за этого из рядов защитников один за другим стали выбывать простые колонисты и воины, у которых не было хорошей защитной экипировки, а также те, кто уже истратил запас энергии и не мог активировать защиту.

В один из моментов зазвучали громкие крики рядом со мной и со стороны других мелких отрядов, сдерживающих фаланг.

— Отходим!

— Отступайте к воротам!

— Здесь больше никого нет!

— Некого спасать, отступаем!

Эти призывы сделали только хуже. Не сговариваясь, не сработавшиеся друг с другом люди принялись покидать свои позиции. В общей защитной формации резко появились дыры и ослабленные места, в которые полезли самые сильные пауки. Те самые, которые обладали способностями.