— Ты права, Марин. Я тебя прекрасно понимаю. Не могу сказать, что Виталик плохой парень. Он мне периодически помогал, если это было ему не в тягость. Но всё же, буду с тобой откровенным, он распиздяй. Не знаю, каким он был раньше. Но за всё время, которое я с ним знаком, он таким был и оставался.

— Я согласна с тобой, — с грустью вздохнула Марина. — Эх… Как же паршиво расставаться. На душе скребут кошки размером с Кончиту.

При упоминании имени неко уголки губ Андрея опустились вниз.

— Прости, Андрюш, — заметила его расстройство соседка. Для поддержки она взяла его за руку. — Я не хотела бередить свежие раны. Хочешь, я призову дух Гитлера, и мы над ним поиздеваемся?

— Детский сад, — он слегка приподнял уголки губ, представив картину того, как они стебутся над Гитлером в теле Марины. — Конечно же, я не хочу заниматься подобной ерундой.

— А Виталику нравилось, — на этот раз настроение ухудшилось у девушки. — Дьявол! Опять он лезет мне в голову. Когда же это прекратиться?

— Когда-нибудь, — с грустью подумал он о Кончите. — Надеюсь.

Акция в Шестёрочке на вина казалась невероятно привлекательной. Деньги Андрею жгли ляжку, поскольку он изначально собирался тратить их на двоих. Теперь же, когда его девушка вернулась в свой элитарный круг, ему больше не нужно было экономить. По крайней мере, так диктовало ему желание напиться до поросячьего визга, чтобы заглушить всю ту боль, которая разрывала ему душу.

Марина пребывала не в меньшем раздрае. Три года отношений в одночасье разрушились, словно карточный домик.

Они вдвоём выгребли с винной полки все выставленные бутылки «Инкерман Качинское». В качестве закуски прихватили несколько шоколадок, после чего отправились обратно домой.

— Андрей, ты понимаешь, — с возмущением продолжала Марина их прерванный на время покупки диалог. — До меня только недавно дошло, что Виталик мною манипулировал. Теперь я прекрасно осознаю, что он использовал свою силу для того, чтобы правильно подобрать слова в разговорах со мной.

— Хочешь сказать, он читерил?

— Читерил не то слово. Он нагло мною манипулировал! Этот засранец, когда понимал, что я доведена до ручки и устрою ему скандал, раз за разом возвращался в прошлое и подбирал нужные слова или совершал необходимые действия, после которых я успокаивалась и переставала на него злиться.

— Марин, ты в этом уверена?

— На все сто процентов! — она напряжённо сжала ладони в кулаки. — Свилога! Палюна! Как я могла этого не замечать? Ведь на это всё намекало. Во-первых, он при использовании своей способности теряет силы. Оттого в такие моменты он выглядел усталым. Во-вторых…