Внизу, в холле возле входной двери, несмотря на ранний час собралась вся семья. Отец готовый к выходу повесил себе на плечи два рюкзака, рядом стоит мама с термосумкой в руках, в которой очевидно был наш завтрак, сестра в халате и брательник в одних трусах. Меня вышли провожать самые близкие люди.

— Давай брат, до встречи! — Андрюха крепко пожал мне руку и хлопнул по плечу, от чего меня едва не снесло в сторону.

— Пока братишка, я тебя люблю! — Ирка поднялась на цыпочки, обняла меня за шею и чмокнула в щёку.

— И я тебя люблю сынок! — мама тоже крепко прижалось к моей груди, снова заливая её слезами — папа обещал, что будет всё хорошо, слушайся его, делай всё, что он скажет! Возвращайся живым и здоровым!

— Ну хватит сырость разводить! — батя забрал у мамы сумку, поцеловал её в губы и открыл дверь — не на похоронах! Поехали сынок, долгие проводы, лишние слёзы!

Мы вышли из дома, и уже вскоре вертолёт раскручивая свои лопасти оторвался от земли. В кабине, заваленной сумками, чехлами от оружия, рюкзаками, и надувной лодкой со съёмным водомётным двигателем, было очень тесно. В углу дремал дядя Андрей, отец устроился на месте второго пилота, а я смотрел, как в лучах восходящего солнца, яркими солнечными зайчиками играет под нами гладь бесконечного болота, которое начиналось практически от дома родителей.

Отец так и не сказал мне, куда мы на самом деле летим, и что он собирается делать. Да и черт с ним, уже одно то, что я вижу девственную тайгу и почти родную топь, было чертовски хорошо. За годы, проведённые в дали от дома я успел по ним соскучиться.

Гул мотора вертолёта напоминал мне звуки работающей аэролодки, на которой мы давным-давно с отцом в основном и передвигались по болоту. Закрыв глаза я как будто в детстве очутился. Вот сейчас мотор заглохнет, и мы окажемся на отцовской заимке, я возьму удочки и пойду ловить рыбу, а батя будет разгружать лодку, топить печь и обустраивать лагерь. Батон, верный отцовский пес, умчится в тайгу, чтобы размять лапы. Вечером мы будем сидеть у костра, есть наваристую уху и печёную картошку и смотреть на сверкающие в бескрайнем болоте блуждающие огни и звёзды на небе, ну а утром, взяв ружья пойдём на охоту…

Путь, который мы раньше с отцом проходили за два дня, винтокрылая машина преодолела за несколько десятков минут. Разбрасывая лопастями прошлогоднюю листву, и сгибая заросли осоки к самой воде, вертолёт приземлился на остров. Быстро и без суеты, отец с дядей Андреем вынесли вещи, помогли мне спустится, и вскоре пилот, помахав нам рукой на прощание, увёл вертолёт на базу.