— А Ваг это кто? — спросил я, чтобы не молчать.

— Рядовой Ваг — это кусок дерьма гуса! Конченый ублюдок! Такое же мясо, как и ты, недоносок! Не произноси больше при мне его имя! — штурмовик безумными глазами уставился на меня — и почему ты не отдаешь капралу приветствие рядовой⁈ Сгною!

— Я колонист, в медблок еду, имплантат устанавливать! — поспешно сообщил я раненому капралу.

— Еще одно замороженное мясо на мою голову! — простонал капрал — какие же вы тупые ублюдки! Из-за вас эта война началась и никогда не закончится! Лучше бы вы все сдохли ещё во время стартов ваших Ковчегов, сукины дети!

— Какая война? — про войну я слышал много раз, но только сейчас представилась возможность спросить об этом у человека, который владел информацией.

— Война с колониями, конечно! — рявкнул штурмовик, и на этом наш разговор закончился. Дверь лифта открылась, и медицинская тележка рванула на выход, а я тут же поспешил за ней. Лучшего проводника мне не найти! Раненого наверняка как раз в медблок и транспортируют.

В этот раз, ради разнообразия мне повезло, по пути никто больше не встретился. Я бежал со всех ног, пытаясь не отстать от санитарного транспорта. Тем самым я и устав соблюдал и не плутал по многочисленным коридорам огромной базы. Даже когда тележка оторвалась от меня на столько, что я потерял её из вида, я хорошо ориентировался по воплям капрала, который не умолкал ни на секунду, посылая на головы рядового Вага всё новые и новые проклятия.

Запыхавшись, я ввалился в медблок, который находился в тупике длинного коридора, и тут же на мгновение поражённо замер. Этот госпиталь был сопоставим по размерам с тем ангаром, который я недавно покинул. Длинные ряды медицинских капсул тянулись, казалось бы, в бесконечность, между ними сновали медицинские роботы и автоматизированные транспорты, наподобии тех, в которых передвигался капрал. Тут же робот уборщик затирал с пола кровь, мимо меня проехал мусорный контейнер, полный оторванных конечностей и обломков скафандров. И крики! Тут сливались в один непрерывный гул крики боли множества людей! Крышки капсул поднимались и опускались, принимая в свое чрево новых пациентов и выпуская старых. Угрюмые парни и девушки, выбравшись из капсул, незамедлительно строились на платформах траволаторов, которые уносили их прочь. Ни одного живого человека из медицинского персонала было не видно.

— Ты чего там встал, рядовой⁈ Контуженый? Какая рота⁈ — голос неожиданно раздался сверху.

Я поднял голову, и увидел на уровне выше себя первого человека в медицинском комбинезоне, на груди которого виднелся одинокий ромб. Следуя совету лейтенанта, я немедленно встал по стойке смирно и доложил.