Аппетита у меня не было особо, я поковырял салат с креветками и осьминогами (которых по тем временам можно было увидеть в своей тарелке или во сне, или на вот такой сходке), есть не стал. Молча наблюдал за остальными братками, которые оказались не прочь перекусить на халяву в дорогом ресторане. Как раз вернулся официант, но почему-то не тот, к которому Карен по-армянски обратился. Карен, примерив на себя роль гостеприимного хозяина, лично разлил коньяк. Он же поднял первый тост, хулиганский такой, задиристый, широко улыбаясь:

— Братья, в такие непростые времена хочу, чтобы дела шли пучком, девки становились рачком, а мы…

Пока звучал тост, у Демида заиграл мобильник. Он вытащил телефон, извиняясь, руку поднял и встал из-за стола.

— Слушаю.

Стоял он теперь ровно за моей спиной. И если я не слышал говорившего, то ответы Демида Игоревича слышал хорошо, пусть он и говорил тихо, а за столом уже народ чокался.

— Когда приехали? Вы грузовик успели отогнать? Проблем нет?

Выслушав ответ, бригадир отключился, вернулся к столу. Проходя мимо меня, коснулся рукой плеча, стиснул пальцы.

— Будь готов, этот гад на крючок попался.

Я напрягся, соображая, что к чему. Карен несмотря на то, что излучал хорошее настроение, на самом деле был напряжен не меньше. В тот момент, когда Демид обратно за стол усаживался, к Карену вернулся пропавший официант. Что-то на ухо ему шепнул, на каком языке, не знаю, но Карен сразу как-то погрустнел. А вот Демид, напротив, воодушевился, и маска любезности гостя слетела с его лица.

— Слышь, ты, гад… — рыкнул бригадир, не подбирая слов. — В конец ссучился? На своих стучишь?

Карен рот открыл, но ответить ничего не ответил — похоже, что наезд бригадира его поставил в тупик.

— Я тебе по-братски про грузовик рассказал, а ты туда сразу ментов шлешь, чтобы моих ребят хлопнули?

Карен молчал, понял, что попался в ловушку, бригадиром расставленную. Ну а до меня дошло — Демид обыграл армянина, обведя его вокруг пальца. Назвал место, где грузовик нашли, как бы между прочим. Карен сразу засуетился и через своего официанта ментам стукнул… но растерянность армянина продолжалась недолго.

— Ты за базаром следи! — толстяк резво, очень даже, для своей-то комплекции, поднялся из-за стола, переворачивая бокал с недопитым коньяком.

— Как заслуживаешь, так и разговариваю! — не отступал Демид, тоже поднявшись из-за стола.

Следом предъява пошла.

— Я тебе, гаду, прямо в глаза говорю, что ты ссучился и под ментами ходишь мимо общака. Лапшу на уши Михалычу вешаешь, и за его спиной хочешь с его поляны куш сорвать!