— Ф-ф-ф… — процедил Муха, стискивая зубы, но сопротивляться не стал, как и не стал просить его отпустить.

— Вы че устроили, бакланы? Сука, инвалиды! Дело обычное нельзя поручить… — зарычал мужик.

— Ничего, Демид Игоревич…

— Подставить меня хотите?

— Он сам начал… — продолжал шипеть гопник, ухо то этот Демид Игоревич не отпускал.

— Вам че сказали делать?

— Бабки с ларька состричь…

— Бабки где?

Муха замолчал. Рябой вдруг всем телом после этого вопроса вздрогнул. А где бабки? Нет больше бабок походу. Не зевай, на то и ярмарка, как говориться. Я покосился в сторону от ларька, где рэкетир деньги растерял, как банкой по голове выхватил. Но не увидел ничего, кроме серого потрескавшегося асфальта. Пока мы дрались, кто-то ушлый решил деньги себе забрать, ну и слинять по быстрому незамеченным. И правильно сделал, честно говоря…

— Где бабки, Рябой, у тебя же? — спохватился Муха.

— Они у тебя были, я причем… — не стал взваливать на себя ответственность здоровяк.

Раз и ножик сложил, в карман припрятал.

— Ты бухой что ли, когда успел нажраться? — бригадир походу запах спирта почувствовал, мы все пропитались Royal-ом, вон с Мухой в луже спиртяги повозились.

— Демид Игоревич, — попытался оправдаться рэкетир, понимая, что запахло жаренным.

— В машину иди, в зале поговорим, чучело, блин, огородное, — процедил бригадир. — Тебя тоже касается, Рябой.

Муха и Рябой поковыляли к своей "девятке'.Будто отруганные строгим батей пацаны. И даже не брыкались., во-первых, чувствовали, что заслуженно трепку получили, во-вторых Демид Игоревич в их иерархии явно постарше будет.

— Машину только попробуйте мне загадить! Языками будете вылизывать.

Боевики не нашли ничего лучше, чем начать отряхиваться и майками грязь вытирать, которые они по пути подобрали. «Девятка» видно тоже не их была, а общаковая.

Демид Игоревич на меня наконец внимание переключил. Внимательно посмотрел, изучил.

— Ты кто такой, боец? — чересчур спокойным голосом спросил он.

— Сергей зовут, — прокашлявшись, ответил я, стараясь не выдавать слабость, потрепали меня боевики знатно, куда сильнее досталось, чем на ринге.

— Выступаешь где, или для себя?

— Навыступался… — улыбнулся я, смахивая струйку крови, норовящую в глаз попасть.

— Проиграл?

Я честно говоря понять не мог чего этот бригадир мне такие вопросы задает. Не сразу понял, что он меня прощупывает. То ли остерегался, что я из группировки какой и сначал решил выяснить что я из себя представляю, то ли еще что… но как показалось, настроен он был не враждебно. Как будто это не я только что с его быками сцепился.