Продолжая периодически стрелять, заметил, что защитное поле, окружающее Берье, стало вибрировать и становиться нестабильным. Это говорило о том, что он уже стал уставать. Сменив прямо на лету батарею в свой винтовке, продолжил посылать длинные очереди в своего врага. Мне требовалось еще совсем немного продержаться, прежде чем я смог бы пробиться через его защитное поле.

В соседних комнатах так же шли сражения. Череда взрывов и мощные выстрелы были слышны даже здесь. Похоже, Баз и Арни нашли себе достойных соперников, раз так долго с ними возились.

Сделав очередной прыжок, оказался за спинкой шикарного кресла, однако серпы прошли сквозь него, разбрасывая вокруг щепки и куски дорогой кожи.

— Ты довольно неплох, вступай в мой отряд. Среди обречённых у нас самая маленькая смертность, — сказал я, после того как выпустил очередную очередь. Берье промолчал, от напряжения по его лицу стекали крупные капли пота. Его щит стал практически невидимым и очень тонким. Пора, понял я.

Выпустив последнюю очередь, блокировал все три серпа своим оружием, причем сделал это так, чтобы они застряли в мой винтовке. После чего отбросил её в сторону, как можно дальше. Достал два своих скорострельных плазменных пистолета и прямо на бегу, всадил всю обойму из обоих пистолетов в неподвижный силуэт псиона. Все расширяющимися глазами от ужаса, он смотрел на моё приближение. Когда оба пистолета опустели, его щит не выдержал и разрушился. Я уже был на расстоянии протянутой руки. Отбросив разряженное оружие, я достал свою вторую пару пистолетов и выстрелил упрямому псиону из двух стволов прямо в глаза.

Бронебойно разрывные пули пролетели его череп насквозь, оставляя сзади огромные выходные отверстия, полностью уничтожая его мозг, и после попадания в стены взрывались, образуя огромные дыры в них.

Болезненно скривившись, опустил свои руки с пистолетами. В последний момент Берье успел послать в мою спину своё оружие. Три серпа воткнулись глубоко в ней, пробив мою защиту и застряв в моих супер прочных костях.

— Однако, почему вы себя так не бережете? — осуждающе заметил входящий в комнату с чемоданом аптечкой Кальдерон.

— Да вот, увлекся немного, — стал оправдываться я, против воли улыбаясь.

Обернувшись, я увидел весь свой отряд. Сильно потрёпанные, наспех перебинтованные, но всё еще живые. Первый со Вторым, практически полностью перевязанные, с многочисленными пробоинами в броне, залепленные останавливающим кровь гелем, шли очень медленно, опираясь друг на друга. Ярили, довольно бледный, но передвигался самостоятельно. Баз придерживал свои кишки, которые все норовили выпасть, правой рукой, но, почему-то, счастливо улыбался. Арни, имевший несколько сквозных ранений груди и потерявший половину лица, весьма бодро двигался.