«Ясно. Очень интересно, но ничего не понятно».
«Заканчивай скорее и приходи, поговорим. Вождь очень интересуется, нафига ты сюда приперся».
Прощаться я не стал. Старик закруглился-таки, и туземцы пришли в движение, занимая очередь перед призраками. А те выстроились в ряд на краю костяной кучи. Они повели ладонями, и перед каждым из них в воздухе повисли три магических ключа, чем-то похожих на ведьмачьи знаки. Неровный желтый треугольник, еще один — зеленый, но с черточкой внутри. Третий знак представлял собой два фиолетовых треугольника, соединенных в виде песочных часов. Символы соответствовали начертаниям на каменных дверях, которые я до этого не смог вскрыть.
Очередь расступилась передо мной. Может, и хорошо, что призрак назвал меня изгоем — даже хамить никому не пришлось. Но морду кирпичом я сделал все равно, а также заготовил отмазку, что первым пришел в колодец, если деды вдруг заступятся за подвинутых студентов.
— Какой путь ты выберешь, изгой?
— Я выбираю путь Духа, о мудрейший
Я даже плечи расправил, как делали остальные претенденты, и напрягся, лишь бы не сморозить еще какую-нибудь глупость и не нарваться на длительные ворчливые нравоучения.
— Да будет так, слово прошепчено.
Один из знаков, висевших между рук старика, вспыхнул — желтый треугольник. Он засветился ярче и поплыл ко мне, а остальные развеялись мельчайшими искрами. Ловить треугольник не пришлось, он пролетел мимо меня и очереди к дверям-плитам. Покружил в воздухе, выбирая нужную, и с легким свистом впечатался в каменную поверхность, где был нарисован такой же символ. Дверь вздрогнула, осыпаясь песком и открывая радужную пленку портала.
Не так многому я научился на Авроре, но то, что не надо прыгать в неведомое, я усвоил хорошо. Я очень аккуратно шагнул в портал, разорвав мерцающую гладь. И, возможно, это спасло мне жизнь.
Декорации сменились слишком резко. Еще мгновение назад я стоял в темном, душном колодце, дышал старыми костями и молодецким потом — и хоба! Свежий воздух, холодный ветер в лицо, свист в ушах. Я лечу! Вот ведь жопа!
Да, я лечу, а точнее, камнем несусь вниз так быстро, что все внутренности сжались где-то под горлом, не давая ни вдохнуть, ни заорать благим матом. В метре от меня — отвесная скала, сзади и по бокам — ничего. Снизу стремительно приближается узкий выступ-шип, торчащий из скалы под прямым углом.
Шип этот сверху был плоским, шириной метра в полтора. На него я и рухнул. В последний момент успел включить полный «доспех» трансформации, но все равно ударом припечатало смачно, с хрустом. Сознание помутилось от боли.