— Благодарю, — я улыбнулся. — А уж я-то как рад. И ещё раз, что подлечили, а то неохота в больнице валяться. Недолюбливаю их, честно говоря.

— Это после комы? — Обрескова явно видела мою больничную карту, так что я не стал отпираться. — Понимаю. Сама терпеть не могу болеть. Поэтому задерживать тебя не будем. Пообщаешься с инспектором, напишешь рапорт и свободен. Приводи себя в порядок, через десять минут за тобой зайдут.

И тут же вышла, даже не попрощавшись. Впрочем, я не сильно-то и хотел. Обрескова мне ещё в первый раз показалась немного странной. Да, уверенной в себе, деловой, со стальной хваткой, но проскакивало что-то в её голосе и взгляде, от чего казалось, будто она вовсе не испытывает эмоций, а улыбается или хмурится, потому что так надо, но иногда забывает этого делать. Но потом вдруг всё раз и становится нормальным. Сейчас вот тоже был такой момент, перед тем как я ей нахамил. Однако, немного подумав, я выбросил из головы кураторшу с её тараканами. Мне со своими бы разобраться. А потом пришёл тот же инспектор, что допрашивал меня в первый раз, и всё понеслось по новой. И за всеми этими треволнениями я только вечером вспомнил, что так и не узнал, что у меня за тип дара и какой ранг мне присвоили.

* * *

— Садитесь, — директор политехнического колледжа, Елена Станиславовна Шашкова, кивнула, отвечая на приветствие студентов. — Ирина Валентиновна, прошу прощения, что прерываю занятие, но у меня объявление. Как куратора группы оно вас тоже касается. С этого дня у вас новый студент. Вот, прошу любить и жаловать, Виктор Орехов. Принят в связи с особыми обстоятельствами. Ну всё, не буду мешать, дальше вы сами справитесь.

— Благодарю, Елена Станиславовна, — кивнула преподаватель, провожая директора, и повернулась к студентам. — Так, тихо! Ничего особого не случилось! Продолжаем занятие. А ты, Виктор, садись на свободное место и включайся в работу. Потом подойдёшь, возьмёшь конспекты предыдущих лекций, и, если надо, поговорим о дополнительных занятиях.

Я прошёлся вдоль рядов, выглядывая, куда бы приземлиться, но свободным оказалось только место на последней парте возле окна. Эдакое классическое место ОЯШа, только вот мы были не в Японии и не в Америке, поэтому за партой сидели по двое, и у меня оказалась соседка. Впрочем, я ни на мгновенье не расстроился, тем более что девица оказалась весьма миловидная. Светло-русые волосы заплетены в две тугие косы, чуть скуластое, но вполне симпатичное лицо с аккуратным носиком, лукавыми карими глазами, сейчас оценивающими меня с ног до головы, и чувственным ртом с сочными полными губами. С фигурой тоже всё нормально, по крайней мере, выглядывающие из-под короткой юбки ножки были ровными и стройными. Короче есть, на что залипнуть.