Я с некоторым трепетом принял из рук наставника последний флакон из алхимического набора. По виду он значительно отличался от остальных. Те были простые, без украшений, с пробками, залитыми сургучом, и цвет эликсиров варьировался от голубого до фиолетового, а этот мало того, что был богато украшен блестящей металлической проволокой, так ещё и зелье внутри переливалось всеми цветами радуги, внутри которой то и дело вспыхивали и гасли искры. Зрелище завораживало, но я слишком устал, чтобы им любоваться. Так что, откупорив, в два глотка опустошил бутылочку, почувствовав, как эликсир огненным шаром упал в желудок и оттуда уже разошёлся тёплой волной, омывая каждую клетку тела. Ощущения были потрясающими, но меня вдруг повело, и я с трудом устоял, ухватившись за покрышки.

— Сейчас пройдёт, — одобряюще улыбнулся наставник. — Но всё равно не спеши. Давай мойся, Матвеич тебя уже ждёт, и иди отдыхай. Увидимся завтра.

Я кивнул и пошаркал в душ. Сил стоять уже не было. Эта неделя вымотала меня настолько, что даже думалось с трудом, но я гордился собой, потому что выложился даже не на сто, а на сто двадцать процентов. А может, даже и больше. Но и результат был, как говорится, на лицо.

Алхимия, что достала Юлия, действительно оказалась чудодейственным средством. Я не просто стал сильнее за эту неделю, прогресс был феноменальным, рвущим все шаблоны. Мышцы росли буквально на глазах, да и не только они. Я вытянулся сантиметров на пять, перемахнув планку в сто восемьдесят, правда, совсем чуть-чуть, на единичку. Плечи раздались вширь, ноги окрепли, а пресс красовался восьмью чётко выраженными кубиками. В итоге я едва признал себя в зеркале, но и плата за это была высока.

Всю неделю я только и делал, что тренировался. Наставник задал такой темп, что пару раз я просто терял сознание от нагрузок. Правда, это было лишь поначалу, а то подобное уже начало меня беспокоить. Слишком часто после пробуждения я начал вырубаться. Каждое столкновение с потусторонним стабильно отправляло меня в беспамятство, и это было нифига не весело.

Радовало лишь то, что Валентин Леонидович Дорофеев, врач, которого выделило бюро наблюдать за приёмом алхимии, пообещал, что больше такого не будет. По его словам, проблема была в ослаблении организма после комы, он просто не выдерживал шока и отключался, однако после полного курса тело окрепнет, и вырубать меня перестанет. Мне ничего не оставалось, кроме как поверить, но справедливости ради должен заметить, что последние дни ничего подобного не случалось, хотя Олег Евгеньевич задрал нагрузки по самое не балуйся.