Голос старейшины был спокоен и размерен.

— Тимофей… Мой брат… Он здесь, в академии. И с магией у него всё в порядке. Даже более того, оценочный артефакт на экзамене показал у него большой талант в множестве видов магии.

На несколько секунд повисла тягучая тишина, и собеседник опять заговорил:

— Ты хочешь сказать, что Густав ошибся и Тимофей не терял способность к магии? И, будучи отлучённым от рода, он самостоятельно попал в главную академию княжества?

— Всё так. Но, я думаю, брат как-то обманул Густава. И его таланты… Как кто-то из нашего рода может обладать талантами выше трёхсот баллов по шести стихиям и пятьсот баллов в формациях? — истеричным голосом воскликнул Олег.

— Это действительно звучит как что-то маловероятное… Ты уверен, что всё обстоит именно так? — уточнил собеседник хрипловатым голосом.

— Да, старейшина. Это подтвердили мои сокурсники, которые присутствовали на экзамене, — глубоко вздохнул юноша, пытаясь успокоиться.

— Хм… Если всё это правда, то другие старейшины, когда об этом узнают, захотят вернуть Тимофея обратно в род любой ценой. Ты же понимаешь, что тогда произойдёт с твоим местом будущего главы рода?..

— Понимаю, — скривился парень.

— Я хочу, чтобы именно ты стоял в будущем во главе рода Богровых. Из моих племянников, ты самый достойный и заслуживающий доверия. Поэтому не говори никому о том, что узнал. Понял? Пока никто не знает, у нас будет пространство для манёвра. И внимательно следи за Тимофеем. Ты с ним учишься в одной академии. Если узнаешь что-то важное, сразу же сообщи мне.

— Как скажете, дядя, — ответил парень.

— На этом всё, — сказал старейшина и бросил трубку.

* * *

Виктор Громов шёл по коридору академии. Он направлялся в кабинет директора, где довольно часто бывал веселья ради. Но на этот раз он шёл, чтобы рассказать тёте нечто важное, а не просто потрепать нервы, как это делал обычно. Не только у него были секреты, но и у тёти, и в последнее время они нашли общий язык. Договорились, о чём род Громовых должен знать, а о чём — нет.

Дойдя до неприметной двери, Виктор зашёл внутрь и оказался в небольшом помещении. Возле окна располагался стол, за которым с красивой осанкой сидела Марина Громова, а рядом на стуле умостился священник церкви Иридиана, приставленный к академии.

— Тётя, мне нужно с тобой поговорить. Наедине! — сходу заявил Громов.

— Виктор, ты можешь говорить при Владимире Анатольевиче. У нас от церкви секретов нет, — улыбнулась директриса, подмигнув глазом, чтобы племянник понял, что можно, а что нельзя.

Священник также ухмыльнулся, довольный заявлением женщины.