Врожденные способности определяли силу, практически невозможно преодолеть разрыв между порядками миров без таланта. Например, тот, кто на начальном этапе обладал десятью метрами неуплотненной ауры — то есть, величайшим талантом седьмого порядка, не мог ничего противопоставить середнячкам шестого. Последние при рождении наделялись двукратно уплотненной аурой примерно такого же диапазона, не говоря уже о высших талантах с двадцатиметровым радиусом.
При развитии даже на малую ступень мастера получали одинаковую прибавку в десять процентов эффективности, а во время перехода к следующей стадии сила умножалась на два. Несложно подсчитать, насколько велик разрыв в способностях мастеров из миров разного порядка, и чем дальше они заходят на пути совершенствования, тем больше пропасть.
«Если сравнивать талантливейших, то мастер седьмого порядка на пике стадии Высвобождения(3) обладает обычной шестидесятиметровой аурой, в то время как урожденный шестого порядка при том же развитии достигают ста двадцати двукратно уплотненной. В четыре раза больше! С моими тремя метрами изначальной ауры стыдно даже упоминать о способностях к уплотнению в высших мирах…»
— Да хватит уже, ты не лопнешь?
Элин состроила недовольную рожицу из-за отсутствия внимания со стороны Рагне. Привыкшая к тому, что либо сама, либо кто-то из сестер управляет мужчинами при совместном общении, она выглядела возмущенной. Грубиян вел себя, будто благородные дочери Алесфел и яйца выеденного не стоили.
— Хватит любезничать с ним, мы без труда найдем того, кто бы смог помочь в вопросе уплотнения.
Вивьен резко встала, едва не опрокинув стул, всем видом демонстрируя, что вот-вот покинет ресторанную залу, однако, не увидев на лице юноши никакой реакции, села обратно, надув губки.
«Им что-то нужно от меня…»
Очевидный вывод, вот только Рагне совершенно не интересовался чужими проблемами, своих по самую глотку.
Влив в с серебряное кольцо немного ауры, грудастая Иола закрыла глаза, после чего в радиусе пяти метров от столика образовался полупрозрачный купол, отдающий зеленью.
— Не хочу, чтобы подслушали… Знаю, что порядком тебе надоели, но можешь выслушать нашу историю? Точнее историю великого дома Алесфе…Кхаа!…
Приглушенный тон Селены сменился громким кашлем, так как Рагне, не желающий разбираться с чужими проблемами, запустил ей в рот ягодкой, которая украшала жареного поросенка.
К сожалению сестры проявили возмутительную настойчивость, прикрыв ладошками рты, они настолько быстро пересказали печальную историю рода, будто от скорости повествования зависела выживание, ну или, по крайней мере, подступающий от интенсивного языкошевеления оргазм.