Племя Варда враждовало с менталистами расы Эстианару тысячи лет, а потому с раннего детства каждый юноша проходил тренировку устойчивости к навыкам мастеров данного типа, но у Рагне и без того была потрясающая сопротивляемость. К сожалению, это не распространялось на внешнее проявление разума, а именно — телекинез.
— Какой ты живучий…
Поправляя разорванный рукав, Ксерта то ли восхищенно, то ли разочарованно отозвалась о Рагне.
— Я живучий, но не бессмертный! Какого черта ты спасла всех, кроме меня⁈
Возмущение появилось не на пустом месте, и глава Залы отреагировала так, как подобало взрослому человеку. Человеку, выросшему в реалиях общества жертв и хищников…
— Неизвестно, что нас ждало впереди, я хотела сэкономить силы, а не растрачивать ауру на спасение кого-то столь бесполезного. Но видимо ошиблась, раз уж ты смог пробраться сквозь ловушку, бесполезным назвать тебя никак нельзя…
Сестры Алесфел вновь попытались смягчить обстановку, однако Рагне отмахнулся.
— Хороший ответ, мне он понравился… Надеюсь, ты не откажешься от своей позиции, когда я стану сильнее и приду проверять тебя на полезность…
С того момента от юноши никто не услышал и слова, он молча шел в авангарде группы, разбираясь с большинством ловушек, но уже не с помощью стрел, а используя прочность, гибкость и ловкость тела.
«Насколько бы мне это не нравилось, ловушки отлично стимулируют развитие физических способностей. Нельзя упускать шанс хорошо потренироваться»
Преодолевая все более изощренные и серьезные ловушки, они успешно добрались до круглой залы. Единственное помещение в катакомбах оказалось относительно небольшим, всего сорок метров в длину и ширину, однако компактность с лихвой компенсировалась содержанием.
В зале стоял запах мертвечины, но не той, что только-только начала гнить, а старой, неотличимой от затхлости. Повсюду валялись ссохшиеся трупы с необычными ранами, верхушки черепных коробок отсутствовали. Что касается внутреннего убранства, оно буквально кричало о ритуалистике. Двенадцать каменных ложе, расположенных по кругу, соединялись наземными линиями из зеленых кристаллов. Все они сходились в одной точке — центре зала, которую занимала клетка с высохшим трупом внутри.
Девушки, увидев тела, чуть не потеряли сознание. Мертвецы принадлежали к их дому, а тело в центральной клетке…
— М-мама?…
Одеяния главы дома Алесфел непрозрачно намекало на личность трупа, через несколько секунд ошеломленного молчания, сестры подбежали к клетке и попытались отварить ее, однако попытка провалилась. Как только разрыдавшаяся Мирра взяла тело за руку, из него вырвались слабые потки зеленой ауры, которые развернулись полномасштабной иллюзией.