Софи не проснулась от перемещения домой, хотя пора бы уже. В это время ей пора активничать, кушать, играть, гулять. Сейчас отдохну, соберусь с силами и пойду в главный корпус. Лекции я все пропустила, но сегодня факультатив у третьекурсников. А потом надо заглянуть в Штаб, посмотреть, что там происходит.

Господи, когда я успела обзавестись таким количеством обязанностей, что мне даже как следует позлиться на мужика некогда? Что за фигня такая? На Земле работа-работа-работа и никакой личной жизни. Угодила в другой мир, и опять: работа-работа-работа и ничего приятного для себя. Так еще и толпы студентов, которым всем от меня что-то надо, и крошечная воспитанница на попечении. Зашвырнули в третий мир, но и там опять ничего, кроме работы-работы-работы. И даже демоны — вдуматься только, демоны! — не хотят от меня ничего, кроме работы.

Машка, что с тобой не так? Одну жизнь спустила, больше трех десятков лет прожила, а ничего путного в отношениях не достигла. Новое тело, более красивое, причем, молодость снова, а все одно — ничего не происходит.

Я кипела как чайник, и именно в этот недобрый час кого-то принесло. И этот кто-то на свою голову постучал в дверь.

Рывком распахнула я ее и увидела бессовестного, возмутительного, неправильного ректора. Этот… нехороший мужчина, который дал мне намек, что испытывает ко мне симпатию, поцеловал, вручил для защиты родовой перстень, а потом… ну вот это вот все, стоял и…

Кажется, он хотел что-то сказать. Но у меня вдруг не выдержали нервы. Наверное, надо было дать пощечину. Но я так себя накрутила, так психанула, так нуждалась в том, чтобы врезать кому-то… И поэтому коротко, без сильного замаха, но от всей щедроты души врезала ему кулаком в солнечное сплетение.

В боксе этот удар называется джолт. Мне до боксера, как до местного спутника планеты пешком. Но я старалась. Перестаралась.

Себе же руку и отбила и, кажется, что-то сломала, потому что в кисти что-то хрупнуло, а я тихонько взвыла от боли, прижала к себе ушибленную кисть и… расплакалась. Ну обидно же! И больно! И вообще!

И плевать, что это мой начальник. И архимаг какой-то там могучий. Я девочка, я хочу на ручки. И у меня лапки, а из-за него у меня теперь одна из этих лапок пострадала.

В общем, отвернулась я от опешившего, судя по округлившимся глазам, но даже не дрогнувшего от моего удара мужчины — вот ведь сволочь твердопузая! — и, всхлипывая и поскуливая, пошла к дивану. Села и… все.

— Мари, ну что вы? — присел он рядом, обнял меня и принялся гладить по спине. — Ну зачем вы так? Очень больно? Давайте я посмотрю? Или хотите, пригласим целителя?