Сказать, что журналисты были поражены, это ничего не сказать. Поначалу они буквально остолбенели, увидев малышку в манеже, пока я вела лекцию.

Но надо отдать должное их профессионализму. Вопросы они, конечно, задавали, но позднее. А до того присматривались, следили за тем, как я справляюсь. Хлопали глазами на вполне привычное для нас сменное дежурство ребят. Софи все любили, а она отвечала взаимностью студентам. Для нее весь университет и все его обитатели — это ее повседневность. Сменялись лица, руки, но они все были знакомыми. А вот к трем новым личностям кроха сначала серьезно присматривалась. Изучала их на удивление внимательным и серьезным для своего возраста взглядом. Потом вопросительно посмотрела на меня и что-то прокурлыкала на своем малышковом языке.

А я ей, как большой, пояснила:

— Эти две красивые тети и дядя — очень умные люди. Они известные, популярные и умеют хорошо рассказывать истории. И пришли, чтобы посмотреть на наш университет и рассказать другим жителям королевства, как у нас тут хорошо.

— Блю-блюм? — важно спросила Софи.

Понятия не имею, что это означает на детском языке, поэтому я вместо ответа назвала ей имена журналистов. Всех троих. И ее саму представила им.

— А это Софи Монкар.

Услышав свое имя, девчушка радостно заулыбалась этим троим серьезным новым знакомым. А учитывая, какая она хорошенькая и какая у нее заразительная улыбка, устоять у них не было шансов. Мадам Сюзанна даже попросила разрешения взять ее на руки. И окончательно растаяла, когда Софи вдруг начала заразительно смеяться.

Есть такая игрушка, клоун-хохотунчик в мешке. И когда он хохочет, ни малейшего шанса удержаться и не засмеяться вместе с ним. Вот Софи практиковала этот смех уже месяц. И если у нее активировался внутренний хохотунчик, хихикали все окружающие. В общем, знакомство с Софи для пишущей братии закончилось веселым смехом.

Журналисты были людьми ответственными, за неделю изучили все, что только им было позволено. Потому что упустить такой шанс побывать в святая святых… Ведь на территорию Усача горожан не впускали, уж я-то это усвоила с первых же минут своего пребывания тут. Помню, как меня не хотели впускать с котом и раненым мужчиной.

Ах да! Еще ж кот! Барона журналисты тоже оценили, правда поначалу они сочли его фамильяром, причем моим. И крайне удивились, узнав, что это магический питомец ректора. Так и не поняли, отчего же он все время со мной и моей дочкой. А потом вдруг решили, что глава университета таким образом контролирует ситуацию с ребенком сотрудницы. А я не стала их разубеждать. Пусть.