Тамара окинула его взглядом, полным грусти.

— Иди с миром, егерь. Прощай.

— Прощай, ведьма, — и Демидов сбежал с крыльца, одним движением забрался в багги, закрепив рюкзак за сидением.

— Прощай, мам, — подняв руку, как-то странно произнесла Мила.

Игнату на мгновение показалось, что та действительно прощается навсегда. Но он отбросил эту мысль. Ну что с ней станется? Кончатся зелья, приедет снова. Он бросил быстрый взгляд на Тамару, та стояла под навесом и смотрела на них с какой-то затаённой грустью.

Багги рванула с места, выбросив из-под задних колес небольшие фонтаны грязи, и резко развернувшись, устремилась к лесной дороге.

Спустя полчаса маленькая шустрая машинка вылетела на опушку большого лесного массива, прямо за ним начинались уже убранные унылые поля, а еще дальше стояли горы, далекие и неприступные.

— Мы находимся фактически в кольце гор, есть разрывы, но их не так много. Вообще свободные земли распложены в огромной долине, которая тянется на месяц пути.

— Пешком? — стараясь оценить масштабы, спросил Игнат.

— Ногами далеко, месяц — это вот на такой, — Мила похлопала по рулю, — машинке.

— Ясно, — не зная, что еще сказать произнес Демидов.

Ему не давала покоя эта странная сцена прощания. Сегодня Мила пришла к нему в кровать поздно. Игнат, который изнурял себя тренировками, ушёл из-за стола пораньше, а женщины остались шушукаться за бутылкой неплохого вина. Здесь на южных склонах гор выращивали очень хороший виноград и делали недурное вино. Мила даже не стала его будить, просто устроилась рядышком, прижалась и быстро заснула.

Вдалеке показалась большая ферма. Ее окружала мощная каменная стена метров пять в высоту, большие ворота были распахнуты, сквозь них Игнат своим острым зрением разглядел, как пятеро крупных мужчин таскают большие тяжелые мешки в грузовик.

— Это ферма Тавра, — пояснила Мила, заметив его интерес.

— Того самого, что меня нашел?

— Его самого.

— Может, заедем? Поблагодарю. Ведь мало того, что жизнь спас, так даже и не обобрал. А на мне добра было много.

Она пожала плечами и нехотя свернула на дорогу к ферме.

Тавр уставился на багги, его рука легла да здоровенный пистолет, висящий на боку. Странно было видеть такое чудовище, он был чуть ли не в половину винтовки, которою Игнату пришлось бросить на склоне.

— Привет, Милка, — улыбнулся фермер, заметив дочку ведьмы, выбравшуюся из машины. — И пассажира я твоего знаю. Выжил, значит?

Игнат подошел и крепко поджал протянутую руку.

— Спасибо, Тавр, что не бросил в лесу. За мной неоплатный долг.

Мужчина посмотрел Демидову прямо в глаза.