71

Настоятелю монастыря было немного за двадцать. Судя по холеной морде и бабьим ужимкам, выходец из знатной семьи и выбрал этот путь не случайно. Монастыри уже исправно служат прибежищем для людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией. Самое забавное, что причиной ухода из мира служат именно гонения церкви. Греческие и римские язычники относились к гомосексуализму, как к забавной прихоти, не напрягали бедолаг. Искривление одной морально-этической нормы не остается без последствий для других, поэтому настоятель врал безбожно и нимало не смущался, когда его ловили на этом.

— Разве они просили вернуть пилы?! Я бы запомнил это! — воскликнул он, а после того, как я предложил позвать старост, заявил: — Может быть, такое и случилось разок, но проскочило мимо меня. Им надо было быть настойчивее!… Несколько раз требовали вернуть?! Надо же, какие бесцеремонные люди!

— Если они еще раз пожалуются мне по любой причине, я приму меры, — предупредил его.

— И какие именно?! — язвительно поинтересовался настоятель монастыря. — Епископу Григорию очень не нравится, когда светские люди лезут в дела церкви, а наш правитель Гунальд прислушивается к его советам.

Он назвал Гунальда не дуксом (герцогом), а именно рексом (независимым правителем). Значит, в Аквитании скоро опять полыхнет. Впрочем, за малостью лет, прошедших с момента потери независимости, этого следовало ожидать. Даже два-три поколения тех, кто вырастет в герцогстве, не гарантия, что не захотят отделиться. Сцементировать государство могут только общая опасность и, в меньшей степени, коммерческая выгода. Каждое герцогство сейчас живет обособленно, почти не торгуя с соседями, так что объединение не добавит прибыли, а вот общий враг — мавры — у них есть. Агрессивные мусульмане, против своей воли, гарант стабильности в королевстве франков, и Карлу Мартеллу не следовало бы нападать на них, только отбиваться, демонстрируя свою силу и востребованность.

Ссылка на епископа Григория навела на мысль, что нападения на мои деревни не случайны. Наверное, этот святоша решил совершить очередное богоугодное дело — отомстить за то, что я не выполнил его предыдущее богоугодное задание. Он в фаворе у герцога Гунальда, так что может нагадить отменно, поэтому надо закрыть этот вопрос, как можно быстрее.

— На обратном пути заеду в Тулузу и поговорю с епископом Григорием, — сказал я на прощанье таким тоном, будто относился с глубочайшим почтением к этому подонку.

Когда мы добрались до перекрестка, где грунтовая дорога от монастыря вливалась в мощеную Аквитанскую, я оставил там пять воинов.