Лифен пожала плечами и отправилась в корпус, а я пошла в ту сторону, где мне привиделся мой «эльф». Дойдя до того места, я увидела Эдмунда, привалившегося спиной к стволу широкого дерева. Он, как обычно, скрывал свою энергию, но что он тут делал? Сектор кураторов и учителей находится довольно далеко отсюда.

— Привет, — улыбнулся он, облокачиваясь на плечо.

— Привет… — ответила я, заливаясь краской.

Прекрати, идиотка! Он пришел не к тебе! Он тут по делам! Просто решил поздороваться.

— Ты занята вечером?

Что происходит⁈

— Нет… — еле слышно пропищала я, чувствуя, как бешено бьется мое сердечко.

— Тогда… — Эдмунд отодвинулся от дерева и подошел ко мне вплотную.

Тени деревьев в наступивших сумерках хорошо скрывали наши фигуры от любопытных взглядов прохожих. В прохладе вечера я почувствовала тепло, исходившее от его тела, и меня окутал такой уже привычный, но все такой же дурманящий запах сандала.

— Приходи через полчаса на место, — закончил он предложение и, протянув руку к моему лицу, нежно провел ладонью по щеке.

Я прикрыла глаза и тихо застонала. Эдмунд резко отдернул руку и молча зашагал прочь. Находясь в возбужденном оцепенении, я какое-то время продолжала стоять, смотря ему вслед, а потом очнулась и заспешила к своему корпусу.

У меня ушло всего минут пятнадцать, чтобы привести себя в порядок и надеть чистое платье. Лифен в это время находилась на приеме у психолога, поэтому мне не пришлось придумывать очередную легенду. Выбежав из корпуса, я заспешила в сторону шестой улицы.

Почему он решил встретиться именно сегодня? Неужели, завтрашняя встреча отменяется? А вдруг он снова уезжает на несколько недель по делам?..

Тревожные догадки скребли мою душу, пока я подходила к пустующему корпусу. Но вот я пробегаю коридор, захожу в комнату и оказываюсь в крепких объятиях Эдмунда, забывая обо всем на свете.

— Ты бежала? — шепчет он, щекоча своим дыханием мой лоб, — Запыхалась…

Я не могу ничего ответить. Меня прожигает одна молния за другой. Эдмунд впервые прижимается ко мне не сзади, и я ощущаю, насколько сильно он возбужден.

— Тебе нужно успокоиться, — его голос звучит очень вкрадчиво, а руки тем временем опускаются ниже и жадно комкают мою попу, — Постарайся выровнять дыхание…

Слышу, что он говорит, но не могу ни успокоиться, не перестать задыхаться. Мое тело уже содрогается в сладком экстазе. Я запрокидываю голову, и из меня вырывается стон, который тут же прерывается страстным поцелуем. Не успеваю удивиться, просто сильнее прижимаюсь к мужчине, отвечая на его внезапный порыв.

Так сладко… Так нежно…