В этот момент телефон в очередной раз зазвонил. Взглянув на незнакомый номер, я вздохнул и вежливо ответил:
— Даниил Уваров, я вас слушаю.
Глава 16
Я сидел в переговорке, осознавая, что скоро мой спор с Хвалынским будет проигран. Ответив на звонок, я предвещал очередной вежливый отказ чьего-нибудь секретаря, но в трубке прозвучал знакомый голос.
— Даниил, я ведь так и не поблагодарил вас за то, что защитили мою дочь в поместье Васнецовых, — обратился ко мне Распутин.
— Это был мой долг, Сергей Олегович, — вежливо ответил я.
— Бросьте, Даниил. Мне прекрасно известен дурной нрав Алисы и то, как она повела себя с вами. Тем ценнее, что не смотря на это, вы рискнули жизнью, чтобы спасти её, — твёрдо говорил князь. — Я в долгу перед вами.
Я не перебивал аристократа. Мне было очень ценно слышать такое. Эти слова пролились бальзамом на мою израненную подставой Юсуповых душу.
— Кстати, из-за всех этих событий я забыл поблагодарить вас за оперативное выполнение моей просьбы с игровым полем для той настольной игры, — внезапно сменил тему князь. — До меня дошли слухи, что Юсуповы обращались к вашим людям, также желая изменить расстановку сил в той самой игре. Мне это крайне неприятно и я решил принять ваше предложение по выкупу прав на неё.
А затем его голос приобрёл заговорщицкий тон:
— Но поскольку заниматься такой мелочью мне не с руки, то я просто выкуплю долю в вашем бизнесе и инвестирую хорошую сумму в производство, чтобы каждый человек мог купить себе эту игру и знать, чьи предприятия самые крупные и влиятельные.
Я не верил своим ушам. Неужели это оно? Неужели вселенная возвращает мне всё, что задолжала?
— Напомните, какая фирма занимается производством этих игр? — продолжал Распутин. — Кажется, Заневский вестник? Я поручу своим людям немедленно заняться оформлением. Думаю, до завтра они должны управиться.
Это не вселенная. Это Распутин возвращает мне долг. Долг за спасение своей дочери.
— Сергей Олегович, зачем вы это делаете? Вы ведь понимаете, что вступаете в открытый конфликт с Юсуповыми? — спросил я, не веря происходящему.
— Вы спасли мою дочь, Даниил, — подтвердил он мои догадки. — А Юсуповы… Павел сам создал себе могущественного врага, когда поддержал выход статей, порочащих имя моей дочери. Он решил, что может плести свои интриги у меня за спиной. А я, в отличие от многих, не боюсь вступить в противостояние с ним.
Закончив разговор, я так и остался сидеть в пустой переговорке.
У меня не осталось сил на радость. Эмоции покинули меня, я был опустошён. И тут внезапно я рассмеялся. Напряжение последних дней покидало моё тело.