Но к чести полицейского, он нашёл в себе силы возразить:

— К сожалению всё верно и мы вынуждены опечатать редакцию до окончания следственных действий.

Васнецов добавил в голос стали и уже значительно громче произнёс:

— Вы хотите сказать, что я являюсь владельцем бизнеса, связанного с преступностью? Подумайте как следует и ответьте ещё раз, хотите ли вы запятнать моё имя и готовы ли поставить на это свою честь и жизнь?

Приходько был белее мела. Некоторые его коллеги уже незаметно выскочили из редакции. Никто не желал связываться с таким человеком как Васнецов. Николай Петрович уже тысячу раз пожалел, что вообще проснулся сегодня утром. Под давящим взглядом могущественного купца, он едва смог открыть рот и выжать из себя несколько слов:

— Конечно, Иван Васильевич, вы абсолютно правы. Это должно быть недоразумение и нас ввели в заблуждение.

— Прекрасно, тогда я надеюсь вы впредь не будете без надобности беспокоить моего доброго друга Даниила Александровича и мешать работе нашего бизнеса, — с явной угрозой в голосе сказал Васнецов.

Он намеренно назвал меня своим другом, сделав на этом явный акцент. Одно короткое слово, сказанное Васнецовым, невероятно повысило мой статус в глазах полицейского и окружающих работников редакции.

Приходько стянул с потной головы фуражку и прижал её к груди.

— Так точно, ваша милость, — пискнул он и боком попытался протиснуться мимо купца, преграждающему путь к выходу.

— Даниил Александрович, нам действительно пора, — пропустив мимо себя испуганного полицейского, сказал мне купец и жестом указал на выход.

* * *

— Так вот вы какой, Даниил Уваров, — протянул мне руку невысокий, но очень крепкий и подтянутый мужчина.

Ему было слегка за пятьдесят, пепельно чёрные волосы ещё не тронула седина, а густой бороде он явно предпочитал аккуратную щетину. Крепкое рукопожатие было словно испытанием на выдержку, он сжал мою ладонь так, будто намеревался сломать в ней все кости. Хотя может он и хотел это сделать, кто знает.

— Прошу прощения, Георгий, — Васнецов обратился к будущему родственнику без отчества, что показывало их близкие отношения. — Я попросил Даниила Александровича показать мне здание газеты, чьи акции я недавно приобрёл.

— Это той самой, из-за которой ты заключил пари с Хвалынским? — заинтересованно спросил граф.

— Пари с Хвалынским заключил Даниил, — поправил его Васнецов, на что Никитин отмахнулся.

— Иван, прекрати эти игры, мы сейчас не в высшем обществе, а просто общаемся. Я устал от этих интриг и недомолвок, поэтому уваж меня и прекрати это, — поморщился Георгий Сергеевич, беря со стола тарталетку с чёрной икрой.