— Кровь Чинхва проснулась, радуйся, чеболь вновь возвысится.

Я прошел вдоль улицы, хотел собственными глазами увидеть, что опять натворил наследник. Чхоль в раздумье стоял около огромного европейца подвешенного на крюк торчавший из стены. Вокруг собрались все не занятые в оцеплении и на разборе завала.

— Я есть подданный Германского Кайзер, я требовать справедливый суд.

— Закрой рот.

— Я много знать. Я говорить.

— Джун Хи, — обратился ко мне господин, но как он меня увидел? — найди мне меч.

— Да сабом — ним.

Я обежал глазами толпу людей.

— Ты из драконов? — спросил я одного паренька, мелькавшего в кортеже Чжэнфэй.

— Нет, аджосси, я один из наемных водителей, местный.

— Я видел у одного из них меч, сможешь принести?

— Попробую.

Через пару минут, парень пришел вместе с телохранителем Анабель, который никогда не расставался с небольшим китайским мечем.

— Дракон, моему господину нужен меч.

Воин молча, протянул мне свое оружие. Я тут же отнес его Чхолю.

— Мой господин, вас устроит такой?

— Сойдет, не правда ли герр Майер? — молодой господин сноровисто взмахнул мечом, проверяя баланс. Откуда такое умение, ведь он вроде не занимался холодным оружием?

— Что… что… хотеть делать этот меч. Пытки запрещен в любой цивилизованный стран.

— Джух Хи, окажите мне услугу. Это мой телефон. Снимите небольшое послание для моих друзей Асукабэ.

— О майн готт, неееетттт!!!!!!

— Да, господин.

Джун Хи приволок древнекитайский цзянь, видимо одолжил у кого-то из драконов. Раритет однако. Бронза, чуть больше полуметра, не совсем то что нужно, но не будем привередничать.

За шесть лет в теле мажора Чхоля, я откровенно размяк. Быть ребенком, любимым ребенком в счастливой семье, это по-настоящему затягивает. Может я торопился прожить, то чего мне не доставало в прошлой жизни, может личность Чхоля врастала в меня. Не знаю. Но каратель остался под тонной сладостей, мириадами подарков, морем семейного тепла. А сегодня он проснулся.

Возможная потеря любимой всколыхнула во мне инстинкты, в наличии которых я давно боялся признаваться себе сам. Разбираясь с суперами в своем мире, мы каратели столкнулись с беспрецедентной жестокостью людей, у которых отказали все тормоза. И единственный выход был ответить еще большей жестокостью. В те времена придумали «росчерк» — казнь супера, которую мог исполнить только один из карателей. Запредельная скорость, точный расчет и нечеловеческое хладнокровие, да определенно такое могли придумать только каратели.

Продолжение POV Джун Хи.

Я смотрел на то, что делает господин через экран его телефона. Наверное поэтому мне было легче, хотя многие ветераны Чинхва не стесняясь блевали прямо на асфальт.