— Что теперь, брат мой? — задал вопрос король Чака, для которого молодой Чинхва отныне стал непререкаемым авторитетом.

— Я хочу вернуть себе свою Родину, — спокойно ответил Чхоль, а Эфе Бамбути удивленно вздернул брови.

— Круто, я с тобой брат! — не замечая реакции коллеги в восторге ответил лидер зулусов.

— Чхоль, это все-таки одна из сильнейших империй Мира, — осторожно начал Бамбути, — Одно дело подготовиться и встретить экспедиционный корпус на своих условиях, другое — штурмовать крепости, которые выстояли не одну сотню лет. Если я правильно помню Коре выдержала даже натиск сотен тысяч воинов Поднебесной.

— Да брось, Эфе, мы без потерь разгромили более ста тысяч воинов Пхеха, — эйфория владела повелителем Квазулу, а молодость и жажда подвигов толкали на безрассудство.

— И все же, нам даже не дадут пройти Малаккский пролив, — рассудительно ответил король пигмеев, — Это большая геополитика, и не все так просто с завоеванием такой страны.

— Ты прав Эфе, — спокойно ответил Чхоль, — Но мир меняется и кроме Британской Империи есть еще несколько полюсов силы. Сейчас после убедительной победы многие пойдут мне на встречу.

— Стой! Ты имеешь ввиду новый канал, что строят китайцы в Сиаме? — спросил удивленный король Конго.

— И его в том числе, но там мы не получим решающее преимущество, Южно-Китайское море все равно под контролем авианесущего флота Британии.

— Да и у Императора Коре я слышал замечательные отношения с китайским коллегой, — нашел еще аргумент Бамбути.

— Так что, не выгорит? — настроение Чаки менялось как барометр, от неуемного энтузиазма до уныния.

— Все получится, я уже наметил как переправлю войска и оружие к границам Империи Коре! — Чинхва явно что-то задумал, а после такой убедительной победы любое его слово звучало веско.

После разгрома экспедиционного корпуса Империи Коре в распоряжении Чинхва появились огромные силы. Изначальна армия клана насчитывала до тридцати тысяч элитной пехоты. Позже в степь стеклись остатки Великих Чеболей, костяком которой стал корпус Пенхва, сформированный из остатков бойцов Бохай, Пенхва и Тхэбон. Сейчас численность дивизий, сформированных из беженцев, составлял до сорока тысяч штыков.

Сверх того, кочевники могли выставить по меньшей мере полсотни тысяч свирепых воинов и это без ущерба обороноспособности степных крепостей. Сейчас объединившиеся тюрки аккумулировали огромные силы. Кланы все прибывали и прибывали привлеченные богатыми ресурсами и идеей возрождения Великого Ханства.

В последнем бою к Чинхва примкнули более двадцати тысяч элитных клановых войск. Снаряженные на десантную операцию они были полностью укомплектованы и автономны. Идеальное войско для захвата плацдарма, а если учесть, что оперировать придется на родине, то этим бойцам нет равных. Кто лучше их знает свою землю и кого поддержит население?