Ольга Сергеевна кого имеет в виду? Меня или еще не родившегося внука?

— Я ж с ним общаюсь, и ничего, — хмыкнул тесть. — К тому же, доктор сказал, что эта форма туберкулеза не опасна.

А мне идти к Рябушинскому резко расхотелось. Хотя… У скольких моих товарищей из ЧК туберкулез? А уж у «старших» товарищей, что прошли через тюрьмы и ссылки, это заболевание у каждого третьего. И что-то я в последнее время стал слишком мнительным.

— А что у Рябушинских имелось, кроме завода АМО? — поинтересовался я. Надо же мне знать, о чем может пойти речь? — И каковы политические предпочтения?

— У братьев Рябушинских в Москве имелся собственный банк, им отошло в наследство «Товарищество мануфактур», в Архангельске лесопильные заводы… — бывшие ли заводы Русанова. Еще они контролировали Московскую биржу.

Хм, а про заводы Русанова я знаю. Не знал только, что они были перепроданы Рябушинским. Они не только в Архангельске были, но по всей Архангельской губернии. Пиломатериалы вывозились в Европу задешево. Насколько помню — все оборудование союзниками вывезено, а то, что не вывезено, то сломано. Уж не Рябушинские ли подсуетились? Хотя, «союзнички» и сами могли постараться.

— Про политические пристрастия я даже не знаю, — пожал тесть плечами. — Кажется, он и у «октябристов» был, и кадетам сочувствовал. А может — какую-то свою партию создавал.

Рябушинские, судя по особняку, за границей не бедствовали. Дом моего тестя особняком можно было назвать с натяжкой. Два этажа, штук восемь комнат. А тут настоящий дворец. Все правильно. В России они были людьми богатыми, и во Францию уехали не с пустыми руками.

— Вам назначено? — сурово спросил меня на входе швейцар.

Вместо ответа я пристально посмотрел в глаза цербера и сказал:

— У нас договоренность с хозяином… Но если вы меня не хотите впустить, настаивать не стану. Огромный привет господину Рябушинскому…

И чего это я так себя повел? Наверное, задело "вам назначено'.Да кто такой этот вшивый миллионер, чтобы назначать встречи советскому чекисту? Обнаглели. Пора еще одну революцию устраивать.

Надо было оставить визитную карточку, но я ими так и не обзавелся, хотя собираюсь уже год, но обойдется. Я развернулся и собрался уйти, но в спину донесся испуганный вопль швейцара:

— Господин Кустов, постойте, вы меня не так поняли.

Ишь ты, даже фамилию знает. Наверняка его уже предупредили. Вот теперь-то уж тем более — шиш я сюда пойду.

— Я вас прекрасно понял, — сказал я, бросая слова через плечо. — Доложите хозяину, что советский торгпред ждет его… — Поискав глазами какую-нибудь вывеску тутошнего общепита, не нашел и сказал: — Так вот… Торгпред ждет его в кафе. Кстати, где здесь ближайшее кафе?