— Несчастный случай? — едва ли не в один голос спросили мои коллеги.

— Ага. Никита, ты на опознании был?

— Был, — кивнул Кузьменко. — Чисто внешне зацепиться не за что. — Посмотрев на хлопотавшую вокруг меня Светлану Николаевну, замолчал.

Ага, подпольщица не поделилась тем, что по моему приказанию проводила наблюдения за «фигурантом» с моим заместителем, что исполнял обязанности начальника. И правильно.

— Товарищ Исакова, вы нас не оставите наедине? — официально и строго попросил Кузьменко.

Светлана Николаевна кивнула, нанесла на мою физиономию завершающий штрих и вышла. Вот, даже не улыбнулась. А ведь она-то точно знает, что случилось.

Проводив взглядом нашего технического работника, Кузьменко спросил:

— Возможно, смерть Кожевникова имеет отношение к тому, о чем я вам докладывал. Как вы считаете?

— Не исключено, — уклончиво сказал я. — Какие у вас имеются соображения?

— Кожевников решил кому-то сдать компромат на торгпредство, — принялся рассуждать Никита, — или вообще — продать нечто секретное, о чем он узнал, будучи сотрудником наркомата иностранных дел, но не сумел договориться о цене. Он хотел слишком много и его убрали, чтобы не платить.

— Логично, — кивнул я. — Если бы цена за компромат была приемлемой, то никто бы убивать не стал. Заплатить гораздо проще, чем добывать тоже самое с помощью «мокрухи».

— Вот и я про то! — вскинулся Никита. — Что такое мог знать рядовой сотрудник, чтобы его стоило убивать?

— Обыск в его комнате провели? — спросил я.

— Провели, но ничего особенного, — пожал плечами Кузьменко. — Все на месте, кроме документов. Даже нательное белье — запасная пара. Правда, зубная щетка отсутствовала и гребень для волос. Я потом в описи читал — их там не было. Значился бумажник и в нем сто франков, серебряная цепочка, служебный паспорт. И все.

Молодец Кожевников! Если бы взял весь багаж, то сразу бы привлек внимание. Но к чему жадничать? Белье и верхнюю одежду можно купить. А вот зубную щетку и гребень все-таки взял. И куда они делись? Книгочеев не говорил, но очевидно, что их просто выбросили от греха подальше. Или его бандиты прихватили в качестве трофеев.

— Еще — дай команду провести ревизию тех дел, которые он вел. Возможно, что отыщем недостачу.

Скорее всего — никакой недостачи мы не найдем. Если действовать аккуратно, то все следы «черной» бухгалтерии можно и замести. А если учесть, что лишних бумаг мы старались не оставлять, то тогда точно, что ничего не найдем. Какие документы станут подтверждением того, что мы давали взятки? Расписки таможенников, полицейских или чиновников? Ага, как же. О взятках каждый сотрудник докладывал лично мне. Что стоило Кожевникову, во время докладов, увеличивать сумму взятки на двести франков, или на сто? Потихонечку он и скопил десять тысяч. Молодец. Если бы сразу хапнул, как Петришевский, тогда бы влетел.